— Это всё в прошлом! Я не могу выйти на ринг! — протестую отчаянно, подпрыгнув с дивана.
— Теперь я буду решать, что ты можешь, а что нет. — Взмахнув рукой, отдаёт указание охране немедленно выпроводить меня подальше.
33
Роберт.
Клара пропала без вести. Как будто чёртов город, в который она улетела, поглотил человека.
Телефон недоступен. Обращения в местную полицию по телефону не дали результата. Она не пользовалась картами, отчего отследить её перемещения становится невозможным.
Не лишился рассудка только потому, что пью виски как святую воду.
Неизвестность пугает. Богатая фантазия творческой натуры подкидывает варианты того, что с ней могло случиться. И каждый новый вариант хуже предыдущего.
Я ведь знал, насколько опасен город. Он отобрал жизнь моего отца, и виновные не понесли наказания.
Теперь — пропажа любимой девушки.
Грызу себя чувством вины из‑за того, что отпустил её одну. Она уверяла, божилась, что местных там не трогают. Что ей нечего бояться — она там выросла. А я, как осёл, разрывающийся между съёмками и интервью, поверил. Просто потому, что поверить было проще, чем искать другой выход.
Съёмки в Сочи уже начались. Меня ждут, и я обязан вылететь ближайшим рейсом, как того требует контракт. Не прилететь — равнозначно потере репутации. После такого со мной никто не захочет иметь дело.
Я потеряю карьеру.
Сложно будет восстановить доверие — оно слишком хрупкое. Стоит один раз ошибиться, и все заслуженные награды летят в топку. Как было не раз со звёздами.
Я достоверно, в деталях знаю, как будут происходить события, если я откажусь от съёмок.
Лучше не думать об этом.
В бизнес‑зале ожидания аэропорта довольно много народа.
Я нашёл уединённый уголок в конце кофейни, откупорил бутылку с любимым алкоголем, от которого уже тошнит, и пускаю анестезию по венам.
Связь с Кларой сдавливает горло незримой цепью, тянет, как поводок.
Почему‑то думаю, что я ей нужен.
Она просто не может и дня не прожить, чтобы куда‑то не вляпаться.
Сообщение о том, что регистрация на рейс в Сочи заканчивается, натягивает нервы острыми струнами.
Запиваю переживания виски.
Мой рейс — через два часа.
Эти цепи сильнее контрактов. Пока не выясню, где она и что случилось, не смогу нормально работать.
Да я, сука, жить нормально не могу!
За соседним столом притаились сотрудники охранного агентства. Полетят со мной в качестве гарантии моей безопасности.
В Приморск без охраны больше не сунусь. Заодно прихватил с собой команду детективного агентства. Пусть разберутся и с обстоятельствами смерти моего отца, найдут виновных.