— Клара? Это ты? — знакомый женский голос несёт в себе траурное беспокойство и невыносимую печаль.
Горло сдавливает тревога.
Быстрый взгляд на Роберта — он отвечает не менее тревожным.
— Да, это я, — осторожно произношу в трубку.
— Положи телефон, — взволнованно дёргается Роберт. — Не слушай! — испуганно хватает меня за запястье, хочет вырвать мобильник.
Да что с ним?
— Это соседка… — суетливо объясняю ему шёпотом, встаю на ноги и отхожу от него в сторону. Не сразу, но узнала голос тети Зины.
— Клара, твоя бабушка умерла.– В ухо бьётся глухой стон старушки.
30
Клара.
Время, проведённое в пути, растворяется, как сладкая вата в чашке с водой. С каждым шагом, приближаясь к дому, ветер жизни заметает следы надежды на светлое будущее.
Я представляла своё возвращение в родные края совсем по‑другому. Видела в мечтах, как приеду на дорогой тачке, осыплю бабулю подарками, куплю ей всё, что она пожелает. А потом непременно смогу убедить её уехать со мной в столицу.
Я видела, как живут старики в Москве, — и это совсем другая жизнь: прогулки по парку, танцы в скверах, спорт, выставки, музеи. Именно такой старости я хотела для Печеньки.
Но почему‑то судьба со мной не согласовала. Забрала её раньше, чем я смогла воплотить свои планы в жизнь.
Бабуля видела прямой эфир той самой передачи. Подскочило давление… Она пролежала в больнице всё это время и сдалась.
Я ей звонила тогда. Слышала, что голос слабый, но списала всё на свои собственные переживания в тот момент. Тогда я была слишком занята собственной болью. Не могла или не хотела принимать участие в переживаниях других людей.
Больно осознавать, но я задвинула бабулю на задний план ещё задолго до прямого эфира.
Я редко звонила — не было времени.
Оно, конечно, было.
Но разговоры с Печенькой утруждали, стали неинтересными, скучными. Сложно было по часу слушать о том, как заклинило замок на почтовом ящике, или о том, что сахар подорожал, или о том, что от жары рассада повяла.
Я переводила ей деньги. Много денег. В два раза больше её пенсии и зарплаты школьной уборщицы. Откупалась.
«Купи новый замок, в чём проблема?!»
«Купи овощи в магазине и не переживай из‑за рассады!»
В мой новый мир, наполненный ежедневными событиями и многочисленными эмоциями, скучные долгие разговоры просто не вписывались.
Если бы я знала, что ей плохо, я бы бросила всё и прилетела. Я бы её спасла! Нашла хороших врачей, купила любые лекарства. Я бы непременно вырвала её хрупкую старческую жизнь из лап смерти.
Но я была занята собой.
Таксист везёт меня по знакомым улицам родного города, которые стали омерзительны и противны до тошноты. Меня здесь больше ничего не держит. Я хочу скорее похоронить родного человека и улететь отсюда навсегда. Чтобы больше не возвращаться к этим улицам, к этим правилам, к этой сырости и серости.