Нет, где-то в глубине души я верю в существование высших сил, но я не способен поклоняться и признавать господство определённого божества, выбирая принадлежность к конкретной вере. Грех — вот что ближе моей душе. Я никогда не пойду в храм молиться, но с радостью отдал бы душу дьяволу за признание и любовь зрителей.
— Подходи по одному! Всех разнесу! — выкрикивает она во сне, ворочаясь. Стонет — не сексуально, а жалобно, от боли. Кривит красивое лицо, покрытое потом.
Тушу сигару в бокале с алкоголем. Накрываю её миниатюрное голое тело тёплым одеялом, забираюсь рядом, сгребаю в объятия.
— Отче наш, Иже еси на небесех…
Да святится имя Твоё, да приидет Царствие Твоё… — шепчет она бледными губами, дрожа от ужаса.
— Всё так плохо? — ласково спрашиваю, чтобы не напугать. Вижу, что уже не спит, но глаз не открывает.
— Печенька говорит, что нужно читать «Отче наш», когда снятся кошмары… — полусонно шепчет, балансируя между сном и реальностью.
Бросаю короткий взгляд на циферблат часов — через час вставать и ехать на съёмку. Потом разберёмся, кто такая Печенька и что за кошмары. Сейчас ей нужно поспать. Я — воробей стреляный, опытный, могу трое суток не спать и блестяще тащить свою роль. А она другая. Пусть спит.
— Много их? — шепчу в макушку, прижимая её к своей груди.
— Много… — отвечает тихим шёпотом.
— Слышишь стрельбу? Это я на танке. Со мной армия. Сейчас разберусь. А ты спи. Спи спокойно. — Погружаюсь в мягкое облако сна, засыпаю вместе с ней, потому что она действительно расслабилась и успокоилась.
18
Клара.
Не спала, но отлично выспалась.
Не лишилась девственности, но испытала оргазм. И не один. Это то, что навсегда изменит мою жизнь. Определит мои предпочтения.
Я ведь не смогу так больше… ни с кем.
Кроме него.
В строгом воспитании бабули есть определённые плюсы и минусы. Как и в том, что я, живя в одном из самых неблагоприятных районов, выросшая среди наркоманов и бывших зеков, сохранила невинность. На районе, где некоторые девчонки рожают в тринадцать. Где в пятнадцать становятся шлюхами. Чего далеко ходить — моя соседка Анька, с виду красивая и нормальная девочка шестнадцати лет. Учится в школе, гуляет с подругами, влюбляется в себя парней с других районов. И только у нас все знают, что она родила год назад и оставила ребёнка в роддоме. А сейчас, прежде чем отправиться с подругами в клуб или на шопинг, посещает заплывшего жиром компьютерщика — дядю Леню из тридцатой квартиры. Невероятно толстый, уже почти седой, вечно потный и пыхтящий даже когда просто идёт в магазин, он платит ей большие, для нашего района, деньги за сексуальные услуги.