— Животное, — тихо фыркает он, в моменте проявив истинное лицо.
Покидает моё временное жилище.
10
Роберт
Сломанный нос плюс сотрясение мозга — равно освобождению от съёмок и недельному отпуску. Марат ещё и сверху накинул «котлету», чтобы я заявление на девчонку не писал.
Какого хрена он в неё вцепился? Известно — только его больному творческому сознанию.
Взбесил, когда сравнил эту соплежуйку со мной. Так и заявил, глядя в глаза, что много лет назад он увидел то же самое во мне.
Где я и где эта… Чукчука?!
Первый день дома после выписки из травматологии. Глушу благородный виски без закуски, сижу на кожаном диване перед телеком; позади стоит массажистка, разминает плечи и шею. Пытаюсь выкинуть из головы всё, что Чукчука натворила.
Стыдно признаться, что меня, взрослого крепкого мужика, покалечила девчонка! Но с другой стороны — девчонка КМС по боксу. Не так стыдно, если чаще напоминать себе об этом.
И всё же…
Репутация на съёмочной площадке безжалостно уничтожена.
Люди до сих пор ржут при встрече, вспоминают меня с тампонами в ушах.
Теперь ещё и нос…
Со злости хотел заявить в полицию, но Марат вовремя остановил. Отправил в больничку.
Пока меня нет, снимают сцены, где я не нужен.
С самого начала знал, что этот проект не принесёт ничего хорошего. На кой он мне был нужен?
Звонок мобильного сопровождается трелью вибрации аппарата о стекло журнального столика.
Нежные руки массажистки теряют хватку, отпускают плечи. Девушка оказалась красивой, стройной, а главное — моей поклонницей. Смотрит как на божество. Помимо обычного расслабляющего массажа хорошо промассировала член губами. Проплатил её услуги на сутки — хочу расслабиться.
— Маша, подай телефон, — обращаюсь к массажистке. Раскачиваю виски в стакане, ловлю отражение потолочной люстры, залипаю на цвета лампочек в красивых янтарных переливах. Прям как глаза у Чукчуки. Медовые, золотистые. Впервые встретил человека с жёлтыми глазами.
— Я Маргарита, — сообщает массажистка, протягивая мне телефон.
— Мне всё равно, — усмехаюсь, принимая вызов.
— Ты где? — на том конце раздаётся резкий голос Марата.
— В афиге, — саркастично заявляю, откидываясь обратно на спинку дивана. Коснувшись стакана губами, смачиваю их крепким виски.
Массажистка обходит диван и возвращается к своей работе. Массирует плечи.
— Если ты не дома, то бери ноги в руки и дуй к себе! — приказывает Марат тоном армейского командира.
— Зачем?
— Ларка едет к тебе с извинениями.
— Ты её заставил? — рычу сквозь сомкнутые губы.
— Честное режиссёрское, девчонка сама!
Не верю ни одному слову.