— Это что, пещерный медведь? — с недоверием спросила Рахель, рассмотрев животное. — Я думала, они вымерли… Мне ни разу не вс-стречался.

— Пс-с. Надо знать, где ис-скать, — самодовольно ответил Горын. — Мой питомец, Бальтазар, уже взрос-слым взяли. Пятерых тогда изувечил! Этот шрам от него.

Брат ткнул под нос Рахели предплечье, украшенное толстым золотым браслетом и длинной, криво сросшейся проплешиной в чешуе.

— Одной тлятины ес-ст за пятерых, — добавил с гордостью. — Однажды выломал замок, так зарвал верблюда с-с погонщиком. Пс-сова машина с-смерти! Люблю.

«Будто ты можешь любить, сучий высидиш» — неприязненно подумала Рахель, но тут же вспомнила, что снесла яйцо и высидела Горына её собственная мать. Ещё и попрекала им Рахель, дескать, сын был хорош, не то, что дочка. Она с досадой спрятала язык, которым щупала воздух.

Тем временем телегу с Бальтазаром подтащили к яме, наклонили над нею и медведь увидел подземную тварь. Зверь хрюкнул и глухо заворчал. Шерсть по всему его большому телу встала дыбом. Горын махнул подручным — начинай! Электронный замок на клетке открыли длинной палкой, и пещерный медведь вывалился в яму. Степняки зашипели, зарычали, поднялся свист.

Подземная тварь, и без того взвинченная до крайности непривычным ярким светом и ударами шокера, прекратила попытки зарыться и огромными, фасеточными глазами уставилась на нового врага, до которого можно дотянуться и убить.

— Хана жирному Бальтазару, — прикинув шансы, сказала Рахель.

— Погоди, — ухмыльнулся Горын. — Я на него залог пос-ставил.

Медведь встал дыбом, вытягиваясь вверх во весь рост. Он оказался таким огромным, что, кажется, мог бы выбраться из ямы самостоятельно.

— Это не опасно? — спросила Лола Сталеварова с другой стороны от брата.

— Боишьс-ся — уезжай, — ответил тот, едва повернувшись к госпоже мэру.

От неё и в самом деле остро пахло испуганной хумой. Изящная как игрушка спутница Лолы боялась тоже, даже посветлела, так чешую прижала. Впрочем, обе остались смотреть.

Бальтазар распялил пасть с острейшими, изогнутыми клыками и издал басовитый протяжный рёв. Насекомое бросилось на него, загребая передними лапами, похожими на его собственные, только гораздо большими по размеру. Медведь встретил подземного монстра грудью, ударил всем немалым весом и опрокинул навзничь. Распялил пасть, целясь в голову врага, но голова лихо скользнула вниз, спряталась в панцирь, а на зверя обрушились огромные лапы. Медведь неожиданно ловко отскочил от удара и Рахель поразилась тому, насколько подвижным оказалось неповоротливое на первый взгляд, толстое тело. Да он и не был толстым, просто шубу носил густую. Но вот подземный монстр вскочил на все шесть ножек, и в медвежьей шубе утонул новый бреющий удар хитиновой лапы. Полетели клочья шерсти, зверь взревел от боли и ярости. Он набросился на бронированного врага, навалился всем своим весом, кусая и хаотично кромсая когтями панцирь. Рахель увидела, как под его могучей лапой сломались тонкие боковые ножки на головогруди. Насекомое издало оглушительный скрежет и снова закрылось передними лапами. Медведь с рёвом топтал и рвал подземного монстра, пытаясь выцарапать голову из панциря. Рахель увидела, как лопнуло под его весом кольчатое брюхо, тонко брызнуло зелёной кишкой. Степняки закричали, заулюлюкали, поднялся свист и вой.