— Посетители среди ночи? — Харион прищурился, глядя на неё. — Эльсарам одним ведомо, что они в тебе нашли, хотя Тельмар — не самый лучший приз. Никогда не бывает трезвым…
Она швырнула свиток ему в голову.
— Он был здесь ради этого.
Поймав его, Анек уставился на послание. Цисуре прочитала через их плечо и побледнела.
— Что ж, — изрёк Харион. — Ты произвела впечатление.
Глаза Сарай сузились. — Разве Просители обычно не живут рядом со своим Тетрархом?
— Суть в слове «рядом». Кадра велит тебе жить с ним.
— Это неправильно. — Цисуре смотрела на пергамент так, словно у того выросли клыки. — Новым Просителям дают несколько дней, чтобы собрать вещи, попрощаться. Ты только что поужинала, а он вызывает тебя в такой поздний час… — Она скомкала свиток. — Это злоупотребление властью.
— Похоже, ты проиграешь пари. — Харион поднял руки, когда Анек одарил его испепеляющим взглядом. — Шанс всё ещё есть.
— Не ходи, — Цисуре бросила письмо в камин. — Мало того, что Кадра никогда не брал себе Просителя, так он ещё и никогда не впускал никого в свою башню. Кто знает, что он может сделать с тобой там?
— Мудрость жива, он не съест её, — Анек многозначительно посмотрела на Сарай. — Выбор за тобой.
Я буду жить в его доме. Там могут быть ответы, улики. Конечно, она, вероятно, разделит участь Энниуса на костре, если Кадра поймает её за шпионажем, да и она в серьёзной опасности, если он действительно обладает способностью доводить до самоубийства, как считает Харион.Но я могла бы его погубить.
— Я пойду, — она покачала головой, когда Цисуре начала протестовать. — К лучшему или худшему, я его Проситель.
— Наконец-то решение, — проворчал Харион. — Вы, женщины, действительно умеете тянуть время.
— Наверное, потому что мы окружены мужчинами, которые ждут, пока мы оступимся, чтобы найти в этом смысл для себя, — пробормотала Сарай. Он помрачнел.
Анек и Цисуре помогли ей собрать немногочисленные вещи, пока Харион отпускал кипящие в ней комментарии о старомодности её двух туник. Когда он наконец ушёл, Сарай разразилась потоком проклятий, за что получила тычок под рёбра от Цисуре.
— Харион в основном только лает, — сказала Анек. — Всем известно, что любая женщина, проведшая с ним хотя бы час, жалеет об этом.
Сарай фыркнула, запихивая мантию Кадры в саквояж. — А что насчёт других Тетрархов? Кассандана выглядит так, будто пользуется большим спросом.
Анек усмехнулись. — Она предпочитает компанию женщин. В ней нет ничего дурного.
— Нет, это про Кадру, — пробормотала Цисуре. — Все знают, что он сопровождает своих вигилов, когда они развлекаются в домах удовольствий.