ОБОСРАТЬСЯ МОЖНО!
Я подпрыгиваю, как на пружине, и соскакиваю со столешницы. Это мама входит через заднюю дверь.
Мёрфи куда хладнокровнее меня. Он берет мои трусики и начинает запихивать их в карман.
Я сверлю его взглядом, вырываю белье из его хватки и прячу в карман своего платья. Затем толкаю его в бок и шиплю:
— Уходи!
Застегивая последнюю пуговицу на платье, я встречаю маму как раз перед тем, как она входит на кухню.
— Оу, — она отшатывается. — Ты меня напугала.
Я напугала её? Окей. Конечно.
— Что случилось? — спрашиваю я, разглаживая фартук на передней части платья.
— Ты не отвечала на звонки. А в твоей ванной я не нашла Адвила. — Она щурится и прикладывает внутреннюю сторону запястья к моему лбу. — У тебя температура? Щеки просто горят. Я думаю, что ты определённо заболеваешь.
— Э-э… — я отступаю на шаг и убираю её руку. — Я в порядке. Просто слишком горячую воду для посуды набрала.
Она бросает на меня настороженный взгляд.
— Привет, Криста, — говорит Мёрфи, вновь появляясь на кухне, будто всё это время был где-то в другом месте и занимался исключительно добрыми делами.
— Привет, Мёрфи. Послушай, мне так жаль, что я заговорила о твоей арендной недвижимости. Я должна была…
— Не бери в голову, — он наполняет стакан водой. — Мне следовало рассказать Блэр раньше. Не то чтобы она не знала, просто узнала недавно. После смерти отца я старался не оглядываться назад. Очевидно, что молчать так долго было перебором. — Он улыбается, прежде чем сделать глоток воды.
— Что ж, спасибо за понимание. Слушай, не буду тебя задерживать, но моя дорогая дочь не отвечала на телефон. А у меня легкая головная боль, так что мне нужен Адвил, Тайленол или что-то в этом роде.
— О, конечно. Дай посмотрю, что смогу найти, — говорит он.
— Нет, правда, я сама возьму, — я направляюсь в ванную в коридоре, но Мёрфи идет следом, словно для поиска таблеток от боли нужны мы оба.
— Твои будущие родственники и невеста скоро вернутся. Просто иди в свою комнату. Я сама справлюсь, — я машу рукой, прогоняя его, как раз, когда захожу в ванную. Я нахожу пузырек Адвила и поворачиваюсь, но он уже здесь, перекрывает дверной проем.
Я хмурюсь:
— Что мы делаем? — шепчу я.
— Ты пропустила пуговицу. — Он тянется вперед и застегивает пропущенную пуговицу, одновременно заталкивая меня назад и слегка прикрывая дверь ногой.
— Что ты…
Он целует меня, хватаясь за заднюю часть моих ног и поднимая на раковину. Это карающий поцелуй, такой же, как и его руки, скользящие к моей заднице, сжимающие её до боли, прижимающие мою обнаженную плоть к твердой выпуклости в его джинсах.