Чего стоили только ее рубцы на спине. Возможно, муж избивал ее и потому она сбежала от него. Это более чем оправдывало ее. Юсуфу самому захотелось убить того человека, когда служанка, протирая тело Жасмин, случайно показала ее спину. Что он не мог понять, так откуда взялись порезы на лодыжках. Неужели она намеренно причиняла себе боль? Но почему? Ей была настолько невыносима жизнь с ним? Она так страдала, что не могла уйти к человеку, которого любила? Или она так скучала по дочери? Или, может, ее шантажировали?

Амина рассказала, что Жасмин одурманили хной, которой расписывали ноги на вечере. Это лишило ее возможности колдовать. Но, как ему рассказали, это приспешница Морено, а Жасмин похитили люди из пустыни. Правда ли, что она видела свою дочь за теми огнями? Демон, что живет там, имеет над ней такую власть? Но тогда почему он не похитил ее еще в Кардове? Он дожидался, пока она потеряет магию? Но если она потеряла магию, то кто, шайтан подери, сбил его в ту ночь у стен Тахмалина?

Нет, Хариф правильно подозревал Жасмин еще тогда в Тахмалине. Юсуф сам ей не доверял. Но от мысли, что однажды она оставит его, леденела кровь. Он не видел ее два дня и чувствовал безумное одиночество и пустоту. Как если бы медный солнечный диск отклеился от небосклона, рухнул в сердце пустыни и остался лежать там всеми забытый и никому не нужный.

Эта женщина мистическим образом стала важной частью его жизни. Он тосковал по их совместным вечерам, непринужденным разговорам и глупым шуткам. Даже по диким ссорам. Он бы все отдал, чтобы вернуться в дом на уступе Андорских гор. Он бы снова выбил решетку на окнах, вынес дверь и признался в этом, посыпая голову пеплом — все, что угодно, только бы она согласилась возвратиться в Кардову и остаться там с ним.

Сейчас казалось, что если бы она тогда не сбежала, все сложилось бы иначе. И быть может, они бы уже жили счастливо вместе. Все еще не выходили из головы их поцелуи в коридоре дома Харифа. Понимала ли Жасмин, что делала? Юсуф надеялся, что хна не настолько ее околдовала, и боялся, что ошибается.

— Тебе стоит это самому прочесть, — услышал он голос Харифа и отвлекся от размышлений и бессознательного поиска коричнево-бордового паланкина Жасмин впереди каравана. Не задумываясь, протянул руку за письмом.

— Твой отец тебе все написал. — Юсуф наконец поднял глаза и увидел мрачное лицо Харифа. — Я не осмелюсь произнести это вслух, мой друг. Но помни: мне не в радость его решение. И я все еще в долгу перед тобой и твоей женой.

* * *

Постоянные загадки изрядно утомляли и начинали раздражать. Впрочем, усталость и раздражение стали постоянными спутниками Юсуфа за последнюю неделю. Быть может, оттого он не спешил открывать письмо отца. Хотя он не мог дать себе точного объяснения почему тенет время. А когда на горизонте появились силуэты Кардовы и вовсе нашел убедительную причину подождать, пока они въедут в город, устроятся и отдохнут.