Я огляделся по сторонам. Магического света вокруг было достаточно — он буквально заполнял не только лестницу, ведущую вниз, но и помещение за ней. Явно древнее, построенное еще на самой заре христианской веры, неровно-квадратной формы и неожиданно просторное — несмотря на низкий свод потолка. Похоже, современники апостола Петра были заметно мельче современных людей — я пригнулся всего раз или два, а вот самым рослым из гвардейцев приходилось буквально протискиваться.

И все же здесь явно бывали — и нередко. То тут, то там виднелись следы работы местных археологов. Здоровенные мотки электрического кабеля, какая-то аппаратура, инструменты — прямо рядом с древними плитами, обломками камней и осколками глиняной посуды. А пару раз взгляд натыкался на что-то подозрительно похожее на человеческие кости.

— Не нравится мне здесь, — вполголоса проворчала Хельга. — Если фон Лихтенштейн нас обманул, я придушу его своими руками.

— А что там? — Я прищурился, вглядываясь в сгущавшуюся темноту в проходе. — Еще одна лестница?.. Интересно, там может быть проход куда-то еще?

— Вполне вероятно. — Кардинал пожал плечами. — Рим не зря называют Вечным городом. Христианские катакомбы тянутся под ним на десятки километров — а до них здесь столетиями хоронили язычников. Эти подземелья уходят вниз так глубоко, что мы едва ли хоть когда-нибудь сможем изучить их полностью.

— Здесь целый город… — пробормотал капитан Мартин, заглядывая мне через плечо. — Еще один город — прямо под Ватиканом!

Тесные коридоры, тупики, ненадежные хрупкие стены и потолки, готовые обвалиться и добавить к древним гробницам еще десяток свежих — некрополь явно не спешил делиться своими тайнами. И даже собери Мартин впятеро больше людей — мы едва ли смогли бы отыскать здесь хоть что-то, не зная верного пути.

Если он вообще был.

— Похоже, придется возвращаться, — вздохнул я. — Если только…

Повинуясь внезапно порыву, я закинул винтовку за плечо и зажег на ладони собственное колдовское пламя. Не ровный белый свет, как у кардинала — а обычный огонь. Крохотный Горыныч заискрился на кончиках пальцев — разгорался нехотя, будто ему не хватало то ли воздуха, то ли самой силы моего Дара. Я чувствовал Источник даже сквозь толщу камня — и все же ему оказалось не так уж просто сюда пробиться.

Слишком уж глубоко мы забрались под землю.

— Посмотрите, сеньоры. — Я осторожно развернулся. — Огонь отклоняется в сторону.

Тусклое пламя Горыныча действительно трепетало, отбрасывая на стены катакомб вытянутые неровные тени. Дергалось, будто на самом деле могло потухнуть — и, кажется, даже пыталось сердито плеваться искорками и черным дымом. А когда я перестал двигаться — чуть сместилось, словно перекатившись по ладони.