— Придется, — согласился Крау.
«Громобой» приближался к базе Четвертой грузовой компании — большой искусственной станции, часть поверхности которой занимали посадочные платформы. Задача пилотов теперь состояла в том, чтобы вывести «Громобой» на орбиту станции и дождаться сведений об очередности посадки. Обнаружив в пространстве над станцией два прибывших ранее звездолета, Линден откинулся в кресле и облегченно вздохнул.
— Можем поболтаться здесь еще немного.
Джон пристально взглянул на него.
— Какое у тебя сегодня переменчивое настроение.
Напарник нервно рассмеялся.
— Да понимаешь, в этом-то и вся беда: то хочется, чтобы все побыстрее закончилось, а то вдруг наоборот — чтобы все и дальше шло своим чередом, а где-то посередине нужно еще и решить, как со всем этим разобраться.
— Учти, Линден, тебе еще вот что нужно будет решить: куда девать дальше нашего пассажира? Положим, я согласен вместе с тобой объяснять дежурным, что мы привезли на станцию не только облицовочную плитку, но куда его потом девать — думай сам.
— Ладно уж, капитан, подумаю, — согласился Линден. — Можешь вообще не лезть в это дело. Это мне не страшно нарушать правила перед выходом в отставку.
— Как хочешь.
Глава 8
Болтовню диктора «Бродяжьей волны» перекрыл строгий голос диспетчера: «Громобою» дали разрешение на посадку. Выполняя последний маневр, корабль трясся и стонал на все лады. Джон взглянул на топливомер.
— Да, спасти его от списания в этот раз мне точно не удалось бы, — пробормотал он. — Многовато вышло.
— Послушай, а с ним действительно будут обращаться достойно, как с ценным экземпляром? Не станут разорять кабину, забирать пульт и кресла в качестве отдельных экспонатов? — возвращаясь к вопросу об участи «Громобоя», спросил Линден.
Джон помедлил с ответом. В отличие от руководства инженерного факультета, начальник училища Пустошь-2, флотский полковник с короткой фамилией, слишком обыкновенной для того, чтобы ее можно было легко запомнить, отнесся к идее Рессела без энтузиазма и согласился разместить «Громобой» на территории только после того, как услышал, что корабль прибудет на место последней стоянки своим ходом и не потребует ремонта. Никаких подробностей о дальнейшем его использовании Джон узнать не успел: начальник оказался занятым человеком, далеким от переживаний о списанной технике. Но Джону не хотелось расстраивать друга, и он сказал:
— Когда доберусь туда, сам посмотрю, что они станут с ним делать. Его могут переоборудовать в тренажер, и тогда он лишится оригинального блока управления. Но это не самое страшное, если мы хотим сохранить его хоть в каком-то виде, правильно?