— Да нет же, говорю, — я раздраженно цокнул языком, разыгрывая недовольство. Стучал, мол, никто не открыл.
Первый мужик сделал еще полшага ко мне. Дистанция сократилась до критической.
— Ты кто такой? — с нажимом повторил он.
Я посмотрел на него сверху вниз, благо рост позволял, и абсолютно серьезно, не моргнув глазом, ответил:
— Отец ее.
Мужики замерли на долю секунды, а потом оба синхронно хмыкнули. Окинули взглядом мою бритую голову, черную водолазку и лицо, на котором, несмотря на ссадины, было написано максимум тридцать с небольшим лет. А девчонке за дверью — двадцать.
— Во сколько ты ж ее задел?
Ой, не нравится это мне. Ох, как не нравится. В подъезде камер нет. Мой легальный бизнесмен внутри просто рвал на себе волосы и кричал: «Беги!», но холодный, мертвый психопат уже прикидывал, как быстро он сможет пробить первому кадык, пока второй будет доставать ствол.
Я улыбнулся. Широко и очень недобро.
— В десять. Активный очень был.
Мой внутренний калькулятор лихорадочно просчитывал варианты, пока я продолжал добродушно улыбаться.
Если я прямо сейчас, на этой крошечной лестничной клетке, проломлю им обоим черепа или сверну шеи — что дальше? Время — день. Район спальный, но не мертвый. За любой из этих обшарпанных дверей может стоять какая-нибудь бдительная баба Нюра и смотреть в глазок.
Как я потащу два свежих жмура весом под сотку каждый по лестнице вниз?
В багажник средь бела дня грузить буду?
Это не ночь в глухом парке. Это гарантированный провал. Засветка по всем фронтам.
А если я сейчас уйду…
Если я уйду, девчонке пиздец. Они вынесут эту хлипкую дверь за три секунды. И она даже не услышит, как они войдут. Не успеет ни закричать, ни спрятаться.
Да какого черта я вообще об этом думаю?!
Я легальный бизнесмен. У меня встреча с застройщиками. Я уже отдал свой долг кармы, купив ей этот гребаный пластик за двести кусков. Всё. Моя совесть чиста.
Я хлопнул себя по карманам куртки, словно проверяя ключи, и легкомысленно махнул рукой.
— Ладно, мужики. Не буду вам мешать. Всего хорошего, дела деловые, — кивнул им, развернулся и спокойно, не ускоряя шага, стал спускаться по лестнице.
Спиной я физически чувствовал их тяжелые, подозрительные взгляды.
Я вышел из подъезда, не оборачиваясь. Весеннее солнце ударило по глазам. Двор жил своей жизнью: где-то вдалеке гудела машина для вывоза мусора, на детской площадке ковырялся в песке ребенок под присмотром матери. Обычный день.
Я дошел до соседнего двора, сел в свой внедорожник. Захлопнул дверь.
Вставил ключ в зажигание.
Откинулся на кожаный подголовник. Закрыл глаза.