Дрожащей рукой я провела по горлу и высказала правду – столько, сколько могла.
– Я… я не знаю. Я ничего не помню. Как… как вообще можно вспомнить то, что забыла? Может, я забыла, как это делают. Может, мне нужновспомнить , каково это – вспоминать… и тогда я… узнаю…
Я подняла голову и замолкла.
Солин бросил на Гият обеспокоенный взгляд – та так и стояла со своей ношей, не двинувшись ни на шаг. Чтец огня смотрел на меня как на незнакомку, хоть и поприветствовал меня в своем доме.
– Раз ты не помнишь ничего о себе, то должна хотя бы помнить то первое, что свойственно всем людям. Воспоминание, что передается от поколения к поколению.
Я хорошенько задумалась.
И покачала головой: внутри себя я отыскала лишь тьму и пустоту.
Косы Солина зазвенели, и он пододвинулся поближе, заглянув мне в глаза.
– Воспоминание о нашем создании. О том, как мы сделали первый вдох, когда разверзлась земля. Мы как один вышли из земли и стали воздухом, огнем и водой. В каждом из нас живут стихии, но кое-кто обладает сильными дарами. И несмотря на различия между нами, мы все родились по образу и подобию Источника.
– Источника?
– Силы, что подарила нам жизнь.
Сердце пропустило удар, но это и все.
Хотела бы я тоже это помнить. Хотела бы быть так уверена в собственном создании. Хотела бы знать, кем была до того, как племя Нил нашло меня и накормило. Я покачала головой и робко пробормотала:
– Простите.
Гият подошла поближе – на ее бледных босых ногах и пальцах осела пыль.
– Все хорошо, – мягко успокоила меня она. – Ты чуть не умерла. Твое тело все еще набирается сил. Когда будешь готова, разум твой излечится тоже.
Солин одарил ее доброй улыбкой, а потом кивнул мне.
– Гият мудра. Прости, что поторопил тебя, – он похлопал меня по нагому плечу. – Опасности здесь для тебя нет.
Я дернулась под его теплым, уверенным прикосновением.
Оно успокаивало, но было таким незнакомым. Нежным, но странным.
Я снова поймала его взгляд и прошептала:
– Пусть я не знаю, кто я, но обещаю, я в долгу не останусь.
Я снова сглотнула – горло болело, и я поморщилась.
– Я… я вам не враг.
Солин сжал мое плечо, а потом откинулся назад и опустил руку.
– Я знаю, – он нахмурил лоб, словно только что понял что-то важное. – Пламя не показало мне видения… но здравого смысла я не лишен. Ты из Квелиса.
– П-правда?
Хорошенькое лицо Гият просияло улыбкой.
– Ну, конечно! Ах, Солин, как чудесно! – она обняла свою меховую ношу и продолжила: – Ты говоришь на нашем языке! На пламенийском.
– Пламенийском?
Она подпрыгнула на месте.
– Ты не из Нил, но, может, из Лаголов или Карфе. Они наши кузены по ту сторону травяных морей. Мы все говорим на праязыке Квелиса – пламенийском.