Я понадеялся, что это поможет и моему собственному телу не терять контроль рядом с Руной. Но все получилось наоборот.
Я больше не видел ее природной красоты, потому начал вспоминать, какая она под оленьей шкурой. Плоть моя затвердела, мужество почти болезненно уткнулось в бедро, покрытое волчьими мехами.
Я слега подвинулся, прокашлялся, надеясь, что гнев мой ушел, а наш полуденный спор забыт.
Руна поймала мой взгляд – ее глаза был полны спокойствия и тепла. Ни капли тревоги. Ничего от той борьбы правого и неправого. Вместо этого она смотрела на меня почти заботливо – грудь моя сжалась.
– Привет, – выдохнул я.
Но даже тихое слово раскатилось по пещере и эхом отдалось от стен.
Волки тут же потянулись и зазевали, потревоженные.
Она поставила свитую корзину – у Руны получилось куда лучше, хотя все же не идеально – и присела, скрестив ноги и обняв Натима, который забрался к ней на колени, слегка поскальзываясь.
– Привет, – Руна застенчиво улыбнулась.
И между нами повисла тишина, но совсем не колючая, как прежде. Эта была мягче – как мох, от которого ничего не ожидали, и он просто рос. Моя метка в виде полумесяца снова загудела – теперь, когда Руна приблизилась. И я забыл о боли, которая впилась в меня, когда Руна сказала, что уйдет, и пообещала, что я почувствую что-то к другим девушкам.
Все это не имело значения.
Теперь, когда Руна вернулась туда, где и должна быть.
Со мной.
Я сказал:
– Прости за то, что…
Она выпалила одновременно со мной:
– Я собрала немного…
Я усмехнулся.
– Ты первая.
Она улыбнулась и чуть склонила подбородок.
– Я бы вернулась раньше, но раз я останусь еще на одну ночь… мне ведь нужно чем-то питаться.
Стоило ей упомянуть еду, и желудок мой забурчал. Сегодня я еще не ел. По дороге от реки я заметил в траве кролика и чуть не захлебнулся слюной, но мне не хотелось убивать его на глазах у Натима.
Салак поделится со мной добычей. Я подожду.
Я чуть подался вперед и сунулся в полную листьев, лепестков и нескольких пыльных корешков корзину.
– Что это за растения?
– Листья малины, сладкие стебли чертополоха, корни лопуха и лилии, – Руна провела пальцем по ярко-желтым и оранжевым цветам, которые сорвала вместе с клубнями. – У последних можно есть не только лепестки.
Я удивленно уставился на корзину. Поразительно.
– А ты знаешь о собирательстве больше, чем я.
Она погладила Натима и пожала плечами.
– Раньше не знала. Но пока я жила в племени, мне нравилось собирать. Сейчас позднее лето, и равнины полны урожая. Мы должны были собрать достаточно припасов, чтобы люди Нил смогли продержаться всю зиму. Но до того, как урожай созрел, я частенько помогала охотникам, – она поймала мой взгляд.