Волк бросился вперед.
Его окровавленные клыки блеснули в лунном свете.
И мое сердце остановилось: сколько лилось с обеих сторон презрения. Сколько злобы.
Мести и беспощадности.
А еще безумной, бессердечной уверенности в том, что и те и другие правы. Их ненависть и ужас оправданы. И те и другие – жертвы. Все – нападающие. И все – в ужасе от того, что сделали другие.
Ненависть расколола меня на куски. Сдавила мне горло.
Она убивала меня.
Я тонула в отчаянии: оно тянуло меня глубоко, глубоко, глубоко.
Я закричала, сдавшись этой болезненной тьме. Я едва удерживала сознание.
И там, в вечной черноте, меня нашла первая искра настоящей мощи.
Мощи, которая казалась такой знакомой – я чувствовала такую же, когда Дарро призывал свои тени. Мощи, которую я уже ощутила, когда открыла свое сердце и дух, чтобы поговорить с Натимом, с Син, с Киу.
Мощь убаюкивала меня, приветствовала меня. Ругала за то, что я так долго ее искала. Она была горячей и белой.Обжигающей .
С четкой ясностью и спокойствием эта сила выбралась из забытой тюрьмы, пролилась сквозь мою смертную форму вспышкой золотого света.
Я закричала. Дикая, блистательная сила пронзила ночь, накрыв собой каждого смертного и каждого зверя.
Япочувствовала их всех.
Каждое существо, втянутое в борьбу.
Сияние мое ширилось и росло, накрыв все жизненные силы. Я стала ими.
Была ими.
Я могла коснуться каждого сердца, погладить каждый дух, успокоить заходящийся пульс их страха.
Необъяснимая чувствительность, которую я делила с животными, вдруг превратилась восознание . Протянулась связью до каждого волка и каждого охотника Нил в травяном море.
Я замерла от потрясения. От странности. От красоты.
Я опустила взгляд на свою сияющую кожу: та светилась солнечным блеском над все еще неподвижным телом Дарро.
И я знала, что должна сделать. Кажется, я всегда это знала.
Просто забыла. Как и все остальное.
«Хватит…»
Я закрыла глаза и отправила это слово сквозь связь.
«Хватит».
Интуиция. Мерцание.
«ХВАТИТ!»
«Все вы».
« Остановитесь! »
И мир замер.
Салак резко обернулся, чтобы посмотреть на меня: его желтые глаза прищурились, глядя на то, как я склонилась над Дарро. Лида тяжело дышала, лежа на земле меж гигантских волчьих лап. Ее лицо побелело от страха.
Но она была жива. Все еще жива.
Стих стук бегущих ног и мягких лап. Смерть замерла, уважительно ко мне прислушиваясь.
Я тяжело вздохнула, поднялась на ноги и раскинула ослепляющие руки. Кожа запульсировала мерцающим сиянием.
Я поймала взгляд альфы, нежно улыбнулась ему и направила по связывающей нас нити столько силы, сколько смогла.