«Достаточно».
Салак покачал головой и рявкнул, заслышав мой молчаливый приказ. Лида дрожала и плакала у его лап.
По спине моей прокатилась дрожь облегчения бесчисленных охотников Нил. А затем я почувствовала разочарование волков.
«Подойдите».
Я опустила голову, не отрывая взгляда от Салака.
«Все вы».
Кожа моя сияла все ярче. Они подчинились мне.
Медленно, но уверенно смертные и волки поднялись с травы, встали рядом, глядя на меня и тяжело дыша. По телам их стекала кровь. Лида встала рядом с Салаком. Трал подхромал к Зетас.
Все они успокоились. Все они прислушались.
Я задрожала и сжала в кулаки горящие руки.
Дарро не проснулся, хотя мой свет все еще падал на него. Син лизнула мою стопу шершавым языком. Натим ткнулся в коленку крошечной головой.
Но я не отрывала взгляда от Салака. Я хотела поговорить с ним.
С волком, который решит, что случится дальше. Он медленно подошел ко мне. Навис надо мной всем своим потрясающим телом. Его витые рога бросали на меня тени. Его хвост вытянулся в линию и замер. Альфа облизал свои окровавленные челюсти и уставился прямо мне в душу.
Мы были связаны. Мы тонули друг в друге, узнавали друг друга,становились друг другом … и я не могла этого описать.
Я чувствовала его власть. Я уважала то, как он управляет стаей, уважала ее независимость. Салак в ответ почувствовал мое восхищенное неверие в то, что я обладаю подобной силой. Он коснулся моего потрясения от того, что я забыла, кем была.
Волк фыркнул, словно смеясь над моим незнанием. Он уткнулся носом мне в грудь, будто бы втянув запах моего сердца и всего того, что я надеялась вспомнить.
Он знал.
Салак мог рассказать мне, кто я такая.
«Расскажи мне…»
Но он затряс головой и… и покорно застонал, опустившись на землю.
Я замерла.
Сияние мое замерцало на его серебристой с черным шкуре. Салак прижался носом к недвижимому лицу Дарро и заскулил.
Его горе пронзило меня.
Его скорбь и тоска словно зубы впились в мой дух.
По щекам покатились слезы: Салак делился со мной своим горем. Показывал, как сильно ему хотелось, чтобы за это заплатили. Но там, под черной нуждой мести, альфа чувствовал и сожаление.
Он проклинал ядовитый вкус смертной крови на своем языке.
Он съеживался от одной только мысли о том, чтобы съесть мужчину, которого убил. Салак не хотел, чтобы все так случилось.
Но они набросились на человека, которого он любил. Человека, которого должен был защищать. И Салак не справился с этим.
Он провел языком по носу Дарро – дух альфы молил меня о прощении. Я снова опустилась на колени и заключила гигантского волка в объятия. Он фыркнул и подался вперед.