Уткнувшись в его шерсть, я оплакивала произошедшее. И я простила Салака.
Я отправила по духовной связи понимание и пообещала, что Дарро откроет глаза, – хотя и не знала, как именно сдержу свое слово. Я буду хранить Дарро от опасности, совсем как Салак. Кто-то прокашлялся, разрушив момент. Я подняла голову и с трудом сглотнула. Утерла слезы и поймала напряженный взгляд Трала.
Его эмоции тоже проникли внутрь меня, и я приготовилась к горящей ненависти и жажде мести. К ярости за смерть Киввы и желанию отомстить. Но вместо этого меня оплело сожалением – совсем как с Салаком. Оно горело прямо под ответственностью за боль и кровь, которую пролил его клан.
Трал отнял окровавленные руки от раны своего сына, сложил ладони и осторожно подошел ко мне и Салаку. Он склонил подбородок и понизил голос:
– Племя Нил не будет мстить за смерть Киввы. Он сам решил нанести удар. Он умер по своей воле.
– Отец… – прорычал Актор. – О чем это ты? Кивва погиб,защищая нас!
Он указал дрожащим – тоже окровавленным, потому что пытался зажать свою рану, – пальцем на Дарро.
– Это из-за него все случилось! Он забрал девчонку и…
–Хватит ! – Трал резко повернулся, голос его раскатился над поляной словно гром. – Я был к тебе слишком мягок, сын. Вы с Киввой взрастили в сердце жестокость, хотя там должна жить лишь верность нашему клану.
Он покачал головой и добавил:
– То, что вы сделали с Руной… что вы с Киввой сделали с Руной и чужаком… не будет забыто. Кивва заплатил высокую цену. Предлагаю тебе держать рот на замке, чтобы тебе не пришлось заплатить такую же.
Актор ощетинился, открыв рот, – он явно собирался спорить дальше… но затем сын вождя сердито глянул на тело Киввы и с силой захлопнул челюсти.
Трал хорошенько посмотрел на него – на растянувшегося на траве сына, нога которого истекала кровью после атаки Салака. На мгновение я почувствовала вспышку гнева, направленную на волка. Как тот посмел укусить его наследника? Трал хотел ответить тем же! Хотел навредить альфе в ответ! Но потом вождь расправил плечи и внимательно обвел взглядом свой клан.
– Есть еще мертвые?
Мужчины и женщины покачали головами: в телах некоторых из них зияли ужасные раны, но охотники все еще дышали. Лида скорбно икнула: она отчаянно рыдала, потому что навлекла на племя такую катастрофу.
По рядам охотников пронесся ободряющий шепот, и Трал чуть расслабился, а потом снова повернулся ко мне.
– Похоже, потеряна лишь одна жизнь. Высокая цена, но я ее приму, – он кивнул на Салака и холодно протянул: – Я приму твое наказание в отношении Киввы и моего сына. Ты отомстил. Актора высекли, но я приму в качестве наказания и этот укус.