– Тебе не обязательно нас благодарить. Или извиняться, – Ния завернула яблоко в мясо и окунула его-таки в мед, а потом продолжила: – Давай сегодня больше не думать. Просто смотри, слушай, ешь и наслаждайся жизнью. А завтра продолжишь беспокоиться.
Сунув закуску в рот, она зачавкала и застонала от удовольствия.
– Как же вкусно!
Я последовала ее примеру и откусила кусочек мяса.
Желудок тут же скрутило. Я сделала второй укус и почувствовала на языке вкус смерти.
На третий губы мои будто бы объяло пламенем. Словно бизон, которого я ела, был все еще жив.
Мне захотелось выплюнуть все, что я проглотила. Очистить язык.
Но я бы не стала проявлять подобное неуважение.
Я заставила себя доесть все остальное, сосредоточившись на сладости яблока и терпкости меда и стараясь не обращать внимания на соленое, словно бы протухшее мясо.
Проглотив все без остатка, я выдавила из себя улыбку.
– Очень вкусно.
Ния одарила меня странным взглядом, понаблюдав за тем, как я сглатываю. Во рту почти болезненно жгло.
Она выгнула темную бровь.
– Чтоб ты знала: лицо твое явно не знает о том, что слова твои лгут.
– Лгут? – нахмурилась я.
Этого слова я прежде не слышала.
– Говорят неправду, – Ния вгляделась мне в лицо. – Тебе ведь не понравилось.
– Как… как ты это поняла?
– Я ведь сказала, – она закинула кусочек вымоченного в меде мяса в рот. – Ты попыталась солгать, но лицо твое тебе не подыграло.
– Я… я не знаю, что сказать, – я опустила голову, и мои бесцветные волосы закрыли лицо, словно бледные, спутанные занавеси.
Я испугалась, что сейчас меня отгонят подальше от этого теплого костра и дружелюбной компании, и поспешила добавить:
– Я не хотела вас обидеть. Я благодарна за еду и заботу. Ты и твой клан отнеслись ко мне…
– Эй, – Ния положила свою руку мне на ладонь, заставив меня поднять взгляд.
Я снова испугалась этого прикосновения – ждала, что произойдет что-то ужасное.
Она проследила за моим взглядом и обеспокоенно вздохнула.
– Стоит кому-то до тебя дотронуться, и ты сразу смотришь на небо. Почему?
Мне понадобилось все самообладание для того, чтобы не показать бушевавшей внутри меня паники. Оторвать взгляд от плотной, жадной луны и посмотреть в темные глаза Нии.
– Я… я не знаю.
Она вздохнула, опустилась обратно и передала поднос с едой длинноволосой женщине позади себя – та с радостью его приняла.
– Как же тяжело, должно быть, ничего не знать. Не помнить, кто ты и откуда пришла. И я понимаю, у тебя голова от всего этого кругом идет, но позволь мне тебя успокоить. Ты здесь, потому что мы решили принять тебя. Ты можешь есть все, что захочешьсама , а не то, что тебя заставляют есть. И тебе не нужно беспокоиться: мы не перестанем относиться к тебе с добром. Ты наша гостья столько, сколько того захочешь. А к гостям нужно относиться с почетом и уважением.