– Я не хочу снова это обсуждать, – простонала я, потерев виски: головная боль вернулась. – Все одно и то же, снова и снова. Ничто не изменит того факта, что ты загнал меня в ловушку.
– С этим я согласен, – Солин зашевелился и поднялся на ноги. – И это решение будет преследовать меня до конца дней.
Он подошел ко мне и опустился рядом, стараясь не касаться, но показывая своей близостью, что понимает. Что хотел бы извиниться.
– Я понимаю, что, возможно, не заслужу твоего прощения. И знаю, что ты вряд ли поймешь, что я сделал это для того, чтобы защитить тебя. Но я клянусь тебе: я сделаю все возможное для того, чтобы защитить тебя и не дать полному страданий и разбитых сердец будущему сбыться.
Солин протянул слегка дрожащую руку и убрал прядь моих волос за ухо. Прикосновение его было нежным и добрым, но совсем не таким волшебным, как прикосновения Дарро.
Чтец огня вздохнул.
– Когда мы выйдем из лупика, жизнь пойдет на новый виток, и прошлое больше не будут упоминать. Ты связана пламенем и помолвлена с Актором, ты наследница вождя. В ночь после фестиваля Аиум вы возляжете вместе, и будет свадьба, и вы переедете в лупик, который построят для вас двоих – как для следующих лидеров клана. А завтра пошлют двух бегунов к Карфе и Лаголу – чтобы они донесли новости о вашей с Актором помолвке и наследии. Кланы съедутся на вашу свадьбу со всего Квелиса.
Он опустил руку и тихо добавил:
– Будь настороже, Руна. Теперь внутри тебя живет огонь. Даже я не понимаю до конца, сколько силы ты несешь в себе. Жар и свет, с которым ты пылала…
Солин покачал головой.
– Я никогда такого не видел. Ты стала светом. Белым, горячим светом. И я начинаю бояться, что не только Дарро приблизился к своему пробуждению… – он одарил меня быстрой, натянутой улыбкой. – Я просто прошу тебя: будь осторожнее. Больше тебе не нужны пепельные символы или ритуалы для того, чтобы поговорить с огнем. В отличие от Актора, на котором все еще нужно рисовать пепельные символы огня, чтобы последний его увидел. Но после вчерашней кровавой связи тебе не нужны такие. Огонь почувствовал тебя, коснулся тебя и теперь живет в тебе. Он заговорит с тобой тогда, когда ты будешь меньше всего этого ожидать. И он ответит на те вопросы, на которые ты не ищешь ответов.
Солин сделал вдох и коснулся бизоньих мехов на своих бедрах.
– Будь осторожна и веди себя почтительно с пламенем, Руна. Делай то, что оно попросит, потому что в конечном счете этотебя пытаются защитить. Огонь направлял наш клан и кланы наших предков несколько поколений. Он никогда и ничего не делает без причины. Никогда. Пламя защитит тебя… как защищает меня. Но оно потребует за это послушания и верности, – темные глаза Солина отыскали мои. – Одна из его просьб такова: ты больше не должна говорить на забытом языке.