Волосы ее танцевали в течении, и Руна моргнула – по щеке проскользнула слеза и упала в реку.
Вокруг нее появилось синее сияние, а над ивовой поляной разнеслась мелодичная колыбельная.
– Мы чувствуем море твоего горя. Ты помолвлена с вождем. Мы прольемся дождем. Будущее веры украдено вором. Ты прислушайся к кронам, мы предлагаем покой. Время прощаться, и быстро – а потом домой.
Руна замерла и поймала мой взгляд.
Водяная песенка повисла меж нами, повторяясь снова и снова, пока не растворилась в единой жуткой ноте. Похоже, Ветак все-таки наблюдала за нами.
Я не доверял водяной стихии, как не доверял и всем остальным, но нам наконец разрешили коснуться? Пусть и ненадолго?
Ноги задвигались словно сами по себе.
Зетас ушла обратно к дереву, а Руна… Руна поднялась. Храбрая и прекрасная. Вода стекала по ее коже. Она протянула мне мокрую руку.
И я не выдержал.
Это желание, эта боль. Я дрожащими пальцами коснулся волчьего меха.
Руна опустила взгляд, и щеки ее покраснели.
Я начал бороться с завязанными мехами… поймал клык, вынул его из тюрьмы волчьей шкуры. Сдернул с себя меха и тоже выбросил их на берег, прямо к оленьему платью. Клык блеснул в солнечном свете и медленно упал на шкурку.
Мы снова обнажились – как тогда, когда шли по забытому, одинокому миру. Скорбь и пустота того времени вернулись, и внутри все сжалось. Сердце зарыдало от счастья: оно наконец нашло то, чего ему не хватало, а потом снова его потеряло.
Я молча подошел к Руне. Она тоже молчала.
Река продолжала сиять, еле различимая песня все еще длилась, но Зетас не попыталась меня задержать. Ни порыв ветра, ни вспышка пламени не остановили меня – я схватил Руну, заключил ее в объятья и прижался к ней голым телом.
Мы застонали. Мы задрожали.
Руна уткнулась лицом в изгиб моей шеи – я поднял ее на руки и задушил в объятьях. Вода мне помогла.
Неужели я никогда не обнимал Руну прежде?
Я не мог вспомнить. Ядолжен был вспомнить. Мне хотелось вспомнить прошлое, в котором мы любили друг друга – и в котором друг друга потеряли. Мне хотелось узнать, почему мы разошлись, почему попросили Вселенную о том, чтобы она не дала нам встретиться вновь.
Я зарылся лицом в ее сладко пахнущие волосы, охнул, поглощенный быстро нарастающим гулом, жарой и искрами. Наши тела ожили. Кровь неслась по венам. Сердца оглушительно бились.
Что-то заскребло внутри меня – что-то черное и древнее.
И правда, которая все еще так сильно потрясала Руну, сорвалась с моего языка.
– Я едва держусь, чтобы не разрезать себе вену и не заставить тебя испить из меня в этот самый момент… заставить проглотить мою кровь, как я проглотил твою прошлой ночью… я так отчаянно хочу привязать тебя к себе, хотя чтец огня и сказал, что тебе станет плохо.