— Он вас выгонит?

— Нет. Он так здоровается. Привычка с работы.

Маша посмотрела на дверь, потом обратно на меня.

— У него очень громкое здрасте.

В тазу булькнуло. Саламандра приоткрыла один глаз, лениво глянула в сторону двери, решила, что ради этого просыпаться не стоит, и закрыла обратно.

Я подобрал колокольчик и повесил на гвоздик. Подобрал бинт, положил на полку. С соседями надо что-то решать: если они будут жаловаться на каждый чих, работать здесь станет невозможно. Впрочем, это проблема завтрашнего дня, а у сегодняшнего их и без того хватало.

Мой блуждающий взгляд упёрся в покорёженную клетку на полу.

Парень в дорогих кроссовках. Что он сказал напоследок? «Счёт Гильдии пришлёшь, лепила.» Значит, зверь на балансе. А где баланс, там документы, а где документы, там деньги.

Деньги мне нужны сейчас, позарез, ещё вчера. Мембраны, медикаменты, линолеум, безе Валентины Степановны, будь они неладны.

Я поднял искорёженную клетку и повернул к свету. На уцелевшей боковой панели тускло блеснула заводская бирка с эмблемой — стилизованный клинок, вписанный в круг, а под ней выштамповка:

«Гильдия „Стальные Когти“. Рег. №: БЛ-2247-СПб. Инв. код: ОС-017. Дата постановки: 14.03. Штаб-квартира: ул. Литейная, д. 8, корп. 2»

Достал телефон с трещиной на экране и набрал в поисковике: «Стальные Когти, Санкт-Петербург.»

Результатов было негусто. Профиль на портале Бронзовой Лиги. Мёртвая страница в соцсети с последним постом полугодовой давности. Короткая заметка: «„Стальные Когти“ выбывают из четвертьфинала регионального кубка после разгрома от „Алых Вепрей“».

Мелкая Гильдия. Бронза — самое дно официальной иерархии. Штат маленький, имён нет, бюджет околонулевой. Середнячки, каких десятки в каждом городе.

Адрес — Литейная, 8. Два квартала от моего Пет-пункта. Кто бы мог подумать.

Мелкая Гильдия по соседству — палка о двух концах. С одной стороны, потенциальный клиент, регулярный поток. С другой, мелкие бронзовые Гильдии — самые скверные заказчики: денег мало, гонора много, платить не любят. У крупных есть репутация, которую боятся потерять, а у этих терять нечего.

Но саламандра вылечена. Это оказанная услуга. Экстренная помощь, дренаж, снятие синдрома. По закону я имею полное право выставить счёт, зверь маркирован, и Гильдия — плательщик.

Я подошёл к тазу. Саламандра уже не дремала, лежала в воде и моргала огромными оранжевыми глазами. Когда я наклонился, она подняла голову и посмотрела на меня спокойно и внимательно, словно кот, который следит за хозяином и пытается понять, ты к холодильнику идёшь или мимо.