— Наслышан, — усмехнулся Эрвин. — Не питаю ни малейшей симпатии к этому семейству и не собираюсь оказывать снисхождение.
Новый поощрительный поцелуй.
— А также, ваша светлость… Поймите, что в данном вопросе мы печемся не о себе, а о бедных трудягах — столярах и плотниках, что прозябают в нищенстве… Дайте нам милостивое позволение заказывать строительство кораблей не только на Первых верфях Солтауна, которые были вами захвачены, а также и на любых других…
— Милостиво позволяю, — кивнул Эрвин и прищурился от удовольствия.
— Ваша светлость, мы не знаем, как благодарить вас, ибо никаких слов не будет достаточно, чтобы выразить…
— Погодите, — прервал герцог. Лизнул перченой каши для освежения мыслей, поморщился, перевел дух. — У меня к вам также имеется милостивая просьба, которую вы, надеюсь, великодушно исполните. Я, изволите видеть, веду войну. И, подобно путнику в пустыне, скрестившему жала со скорпионом, надеюсь победить. Но моя казна бедствует, как сладкий стол, атакованный ордою детишек, и нуждается в деньгах, будто блохастый пес — в почесывании брюха. Одним словом, я прошу пятьдесят тысяч золотых эфесов. Сейчас.
Все замерло. Купцы окаменели, чуткая девица напряглась, птичка едва не грохнулась с плеча Гобарт-Синталя. Только юная танцовщица продолжала ворковать с графом Лиллидеем, и в наступившей тиши можно было даже разобрать слова.
Эрвин приподнял брови:
— Неужели я прошу слишком много? Разве для могучей Второй Морской Гильдии полсотни тысяч — запредельная сумма? Скорей поверю, что Звезда пропала с неба!
Купцы заговорили все хором, а птица зачирикала. Эрвин услышал вновь о согбенных трудягах и чьих-то голодных детишках, и о старом ослике, волокущем воз. Юс-Фейри даже обещал броситься в море с камнем на шее.
Эрвин сказал:
— Любезные купцы, позвольте изложить мои аргументы. Во-первых, вы правы, идет война. А это значит, что обыкновеннейшую пшеницу, завезенную из южных земель, вы станете продавать втридорога. Что и говорить о шиммерийских легких кольчугах, арбалетах, литлендских скакунах! Вы получите огромный доход — благодаря мне, развязавшему войну. Во-вторых, я отдам вам тридцать четыре корабля, изъятые у других купцов, выбравших бегство. Правда, потребую, чтобы дюжина судов была затоплена у входа в гавань. Фарватер должен стать настолько узким, что корабли смогут проходить его лишь по одному. Далее. Когда разобью Адриана — а вы верите, что я это сделаю, — флот Короны станет моим, и вы избавитесь от главного конкурента на Восточном море.
Герцог с удовольствием допил кофе.