— Так что, братья, лучше вам думать, будто я соврал. Я бы и сам хотел поверить, что вру. Ведь если я не вру, и мы раздобудем за Рекой такую гору Предметов — понимаете, что начнется? Всякий всякому глотку выгрызет, лишь бы отхватить себе кусочек богатства! Капитан Бамбер — голова! — сказал штурману, а штурман — Бивню, а Бивень — мне: коли сыщутся Предметы, то капитан плюнет на графа, поднимет якорь и уйдет к чертям в пираты. Лучше так, чем везти на себе Идово сокровище!
Эта история вышла последней. И хорошо: вряд ли кто-то смог бы ответить на подобную ставку.
* * *
Со следующего дня жизнь начала налаживаться.
Морская болезнь ушла безвозвратно. Марк обрел аппетит и быстро наверстывал недоеденное за минувшие недели. Все свободное время посвящал играм в кости.
В считанные дни он заработал славу лучшего рассказчика и самого загадочного парня во всей флотилии. Больше никто не желал играть на деньги — все жаждали историй. Марк потчевал слушателей по всем правилам хорошей кухни: малыми порциями, чередуя вкусы, приправляя сладкими, острыми или пикантными соусами. Никогда не подавал приевшихся блюд: историй о воинской славе да морских путешествиях — этим северяне сыты по горло. Марк заводил рассказы о придворных и столице, о головоломных интригах и роскошных дамах. Для ушей северных моряков это звучало как самая диковинная сказка — куда там двуглавой собаке!.. А мысль о том, что Ворон — простолюдин и грей — причастен к этой сказочной жизни, придавала его персоне чуть ли не магическое сияние. Ладно какой-нибудь лорд — это еще не такое диво… Но Марк — простой мужик, в кости играет, пиво пьет, сиськи зовет сиськами, а девок — девками!.. И тут: спросишь его о дворе — расскажет; о барышнях высшего света — запросто; что жрут за императорским столом — и это знает; каков из себя владыка — легко! А кони там какие, а оружие, а как развлекаются в столице, а как злодеев судят?.. Все знает, шельмец, все видел. В соборе бывал, Ворон? Ага. А в театре? Чего не бывать. А на летних играх? Спросишь! Что, и владыческих невест видал⁈ Да вот как тебя, брат. Расскажешь? Выиграй — расскажу!
Все матросы «Тюленя» уже ходили в его друзьях, а Потомок и Ларри — прежде остальных. Греи уважали, словно рыцаря. Кайры не садились играть, но становились у бочки, слушали, порою даже забывали делать каменные морды и раскрывали рты от удивления. Боцман Бивень застолбил себе постоянное место за «столом». Он вечно проигрывал, в сердцах лупил кулаком по доскам и выкладывал какую-нибудь побасенку времен своего кругосветного путешествия. На фоне сказок Ворона даже кругосветка звучала тускло. Следом за боцманом к «столу» подсел и штурман, и старший помощник, а позже Марка вызвал сам капитан Бамбер. Сказал: