— Я всё знаю, ублюдок, — шипит Тигран ему в ухо. — Знаю, что оба сына рождены с твоего семени.
— Ну кто ж виноват, что ты пустой... — Камиль смеётся. Не испугался. Ни на миг. — Слышишь, Ань? Он не мужик. Он даже ребёнка сделать не может. Никому.
Смех Камиля неприятный, безумный. Словно он только что услышал самую смешную шутку в жизни.
— А давай вместе ее трахнем. Я и в жопу могу. Ты трахал ее в жопу?
Тигран с размаху врезает Камилю, так что тот валится на диван, но продолжает смеяться.
— Тигран... — говорю осторожно, стараясь поймать его взгляд. — Он не в себе...
Тигран смотрит на меня, тяжело дышит, кивает. А потом — одним точным движением вырубает Камиля. Просто и без лишних слов. Закидывает его тело себе на плечо.
Я бросаюсь вперёд, открываю перед ним все двери. Не думаю, просто делаю. На улице уже стоит машина с его охранной.
— В больницу его. Под капельницу. И выясните, как давно он принимает это дерьмо, — бросает Тигран, передавая Камиля в надёжные руки.
Машина уезжает. Я остаюсь рядом с Тиграном. Всё ещё в этом платье. В платье, которое совсем не вписывается в ночь, наркотики и кровь. Мне неловко. Я чувствую, как сжимаются плечи, как хочется куда-то исчезнуть.
Я поднимаю взгляд на Тиграна. Его лицо — словно поле битвы. В нём всё: гнев, стыд, боль, усталость. Что-то внутри меня дрожит. Я делаю шаг к нему. Беру его за руку. Осторожно, как будто боюсь, что он снова станет льдом. Целую тыльную сторону его ладони.
— Жалеешь меня? — спрашивает он резко, пытается выдернуть руку, но я держу довольно крепко. — Не смей.
— Я радуюсь, что не стала заложницей правил, которые никто из вас даже не соблюдает.
— Эти правила придают хоть какой-то смысл жизни, — тихо говорит он. — Позволяют думать, что всё не зря… что там, за чертой…
— А мне не хочется думать, что моя жизнь — это репетиция, — отвечаю. — Неужели не лучше жить здесь и сейчас, так, как действительно хочется?
— И чего тебе хочется? — усмехается он, вдруг хватает меня за подбородок, тянет ближе. Опаляет горячим дыханием, заставляя меня вспомнить каждый миг того, когда Тигран был внутри меня. Даже сейчас между ног влажно, как напоминание о грязи, которая стала частью меня.
Я не отстраняюсь. Смотрю прямо в глаза.
— Вылечить твоего сына. И поехать на море. С тобой.
Глава 30.
В больнице тихо. Я захожу не сразу в нужное отделение — сначала останавливаюсь, осматриваю окна, проверяю охрану. Всё под контролем. Как и должно быть.
Ришат Актаров выходит из-за двери — тот самый, кому я обеспечил новую жизнь.
Он улыбается, натянуто. Держит в руках планшет.