После праздника у родителей, где собралась почти вся родня, я везу его в его новую квартиру. Подарок на окончание вуза. Она небольшая, но у меня в своё время и такой не было.
Он достаёт бутылочку коньяка, и я смеюсь.
— Давай, брат. За твоё будущее. Я реально тобой горжусь.
— Спасибо, брат. Я всегда буду на тебя равняться. Знаешь, много гнилых людей видел, но ты — образец того, как должен вести себя мужчина. Верный, честный.
— Хватит, — рявкаю, отставляя стакан и подхожу к окну.
Вид отсюда бомбический, но мне гораздо сильнее нравится, как в свете ночных фонарей танцевала Аня, когда я её напоил. Мы трахались прямо на улице, на капоте моей тачки. В том танце на свету было всё — вызов, дерзость, покорность и безумие. Я смотрел на неё, как на ведьму, которая умеет ломать мужчин взглядом. И когда она стонала, вцепившись ногтями в мою спину, я знал: схожу с ума. Но добровольно. В тот день она впервые не просила прекратить, а наоборот — умоляла дать ей кончить.
Меня колотит от того, каким правильным меня все считают, когда на деле я изменяю жене с неверной. И кайфую от этого, как никогда ни от чего не кайфовал.
— А чего ты? Нормально всё?
— Нормально. Амира мне не отвлекай от работы, понял?
— Да я знаю, как ты относишься к тем, кто от работы отлынивает. Будем видеться на нейтральной территории. Ты же знаешь, я сделаю всё, как ты хочешь.
— И это хорошо, — она тоже делает всё, как я хочу, только в последнее время мне кажется, что теперь я — раб собственного желания. Я всё чаще думаю о том, как у неё там между ног, какая она на вкус. Всё чаще думаю о том, что перестал её воспринимать как русскую и просто считаю её своей.
— Ладно, поехал я.
— Семья, дом, всё понимаю. Надеюсь, и меня ждёт семейное счастье.
Семья, да. Я не разговаривал с Наирой с тех пор, как появилась Аня. Я просто прихожу, переодеваюсь, перекидываюсь парой фраз с сыновьями и ухожу. Решаю дела, проверяю объекты, но каждый, сука, день так или иначе приезжаю к Ане.
В этот момент она мне и звонит. У меня не записан её контакт, но я знаю номер наизусть. Сразу смотрю, где она находится. Меня как водой ледяной обливает, потому что она в магазине Наиры.
Что за нахер?
Глава 17.
Ровно спустя пять минут мне звонит Наира. Телефон, как назло, вибрирует слишком настойчиво — будто знает, что я не в настроении. Я не обязан отчитываться перед женой, но всё равно не хочу, чтобы она узнала о моей связи. Ей надо детей воспитывать, а не думать о том, с кем я кувыркаюсь. Тем более — знакомиться с ней. У нас с ней разные миры, разные цели. Она — как застёгнутая на все пуговицы молитвенная книга, я — как сигарета, оставленная на губах на жаре.