А потом неожиданно говорит:
— Тебе идёт быть покорной.
Я убираю выбившуюся прядь с лица.
Не отвожу взгляда. Горло сжимается, сердце частит.
— Мне жаль твоего сына, — шепчу я. — Он не заслуживает этого.
Тигран криво усмехается.
— Я сегодня уеду, — говорит он, голос его хриплый, натянутый, словно струна. — Оставлю всё брату. Так что ты станешь женой очень богатого человека.
— Уедешь? — еле слышно спрашиваю я.
Он вдруг закрывает дверь за собой. Щелчок отдаётся в висках, как выстрел.
— Нужно искать донора, — глухо произносит он.
— Это ведь не быстро? — спрашиваю, чувствуя, как пересыхает во рту.
Тигран долго молчит.
— Он может умереть, — говорит наконец. — Меня бесит, что я не подхожу. Бесит, что я бессилен перед тем, что хочу изменить.
Я делаю крошечный вдох.
— Ты о чём?
Он подходит вплотную.
Ставит руки по обе стороны моей головы, запирая меня между собой и стеной.
Я не двигаюсь. Замерла, словно птица в капкане.
Он наклоняется.
Его нос скользит по моей щеке, улавливая запах кожи, духов, моего страха.
— О том, что ты — невеста брата, — шепчет он. — О том, что я умираю, как хочу тебя. О том, что отдал бы многое, чтобы ты снова стала моей. Стань блять моей. Не занимайся хуйней. Не сделаешь ты его счастливым. И сама будешь вечно страдать.
— Тигран, хватит, — прошептываю я, отворачиваясь, но он не останавливается.
Его рука резко хватает меня за грудь — жадно, жёстко, словно хочет вырвать из меня остатки сопротивления.
— Тигран, пожалуйста, не надо, — умоляю я, но голос дрожит от желания сильнее, чем от страха. Этот поезд уже не остановить. Он разворачивает меня лицом к стене.
Ткань наряда задирается вверх, обнажая ягодицы, пылающие от его прикосновений.
Первый удар ладони — резкий, хлёсткий.
Я дергаюсь, но не отступаю.
Второй.
Третий.
Стыд смешивается с волной жара, поднимающейся от низа живота.
— Он никогда не даст тебе того, что могу дать я, — шепчет Тигран мне в ухо.
Глава 28.
Я закрываю глаза.
— Перестань, — шепчу, едва удерживаясь на ногах.
Но тело предаёт. Я сама раздвигаю ноги шире, давая ему доступ, без слов признаваясь, как сильно нуждаюсь в нём. В том, что происходит между нами.
Он входит резко, глубоко, на всю длину, как будто хочет продырявить меня насквозь
Я стону, прикусив губу, чтобы не закричать.
Моя влага обволакивает его, принимая, жадно, без остатка.
Тигран обхватывает меня за талию, вжимает в себя до боли, до удушья, до счастья, которое невозможно объяснить словами.
И в этом кратком миге я забываю о мире. Обо всем. О Камиле. О свадьбе. Есть только Тигран.
Только мы с ним в этом моменте.