Только вперед.

Но шаги позади не сбиваются.

Но я знаю, что он там.

Чувствую спиной.

Тигран.

Он не теряет времени на беготню. Он просто следует за мной — размеренно, без паники, как будто точно знает, что рано или поздно я врежусь в стену.

Ему не нужно ускоряться — он знает, что поймает меня.

Я загнанная. Он охотник.

В лицо хлещет холодный воздух, смешанный с дымом и бензином. Глаза режет от слёз.

Перед глазами смутные фигуры, размытые силуэты.

Кто-то кричит мне вслед.

Кто-то машет рукой.

Но я не слышу.

Вижу только перед собой станцию. Слышу гудок паровоза. Боже…

Если я только успею.

Напрягаю мышцы ног, ускоряясь на лестнице. Еще… Вон поезд… Если запрыгну, меня защитят.

Ну хоть кто – то!

Рывок.

Боль.

Резкий удар в бок.

Тело неестественно выгибается назад, руки судорожно хватают воздух, но удержаться невозможно. Я размахиваю руками, пытаюсь отбиваться. Земля резко меняет положение, становится серым, а потом — снова землёй.

Демон оказывается плотно прижат ко мне, катится со мной все ниже и ниже.

Я ударяюсь о влажную траву. Глухо, не больно, но дыхание выбивает.

Я дёргаюсь, пытаюсь встать.

Но он уже здесь.

Горячий. Опасный. Властный.

В ушах гудит.

В глазах темнеет.

А потом…Я оказываюсь под ним, а он давит на меня сверху, лишая воздуха.

Открываю глаза.

Передо мной — он.

Чёрная рубашка прилипла к телу, шея слегка напряжены, но лицо… лицо спокойное.

Он даже не запыхался.

Его глаза медленно скользят по моему раскрасневшемуся лицу, изучая, приноравливаясь.

Я хочу отползти, но он не дает, прижав словно бетонной плитой.

— Бегаешь быстро. Думаешь медленно.

Голос низкий, ленивый.

Я дышу резко, судорожно, как загнанный зверёк. Качаю головой. Такой шанс, господи. Если бы я бегала чуть быстрее. Если бы не паниковала. Если бы кто – то меня спас.

Его пальцы сжимаются на моём запястье, и меня словно пронзает током.

— Попался кролик. Зайка… Так бы и сожрал, — говорит он словно сам с собой. — Надо повторять эти твои попытки сбежать. Давно так классно не бегал.

Я судорожно глотаю воздух, но он стоит так близко, что кажется, дышит вместо меня.

Жар его тела проникает под кожу, заставляет кровь быстрее гнать по венам огонь.

Я дико его боюсь.

Еще сильнее ненавижу.

А еще думаю о том, какой же он огромный. И будь такой зверь на моей стороне, я бы никого и никогда больше не боялась. Только его.

— Что смотришь, сука? Уже течешь? — хрипит он, коленом раздвигая мои ноги, даже не пытаясь освободить меня от своего веса.

Тепло его тела давит, лишает воздуха, не оставляет ни сантиметра пространства.

Я замираю.

Грудь Ахмедова медленно поднимается и опускается, касаясь моей. Его дыхание неровное. Слишком горячее. Он не говорит ни слова, просто смотрит.