Он вздохнул, в глазах мелькнуло что-то…
— Так, капитан Блуа, отставить панику, — и так знакомо это прозвучало, что Марион и вправду немного выдохнула. — Один раз тебя уже собрали и подлечили, смогут и во второй. Поняла? Никаких сомнений, никаких мрачных мыслей! Наши целители — умелые и компетентные, они непременно справятся. Кто тебя лечит?
— Клодетт Реми.
— А, девчушка такая беленькая, недавно из Академии?
— Да, аспирантка профессора Делеза.
— Вместе с Делезом справятся, даже и не думай ничего другого. А сейчас собирай свои книжки и пошли.
— Куда пошли? — оторопела Марион.
— К нам. Поговорить и пообедать. А то у тебя в чём только душа держится!
— Спасибо, но я не смогу присоединиться к вам за обедом, — Марион уставилась в стол.
— Это ещё почему?
— Потому что… у меня сложности с едой. Я не могу нормально есть. Мне дали снадобье, которое позволяет усвоиться небольшому количеству простой пищи, и всё.
— Ох, девочка, — генерал не ожидал. — Ничего, мы попробуем подобрать для тебя ту пищу, которая подойдёт. Зря я, что ли, выпендренного повара держу? Скажи, что ты можешь съесть? Тебе нужно питаться и отдыхать, а ты тут с книжками какими-то сидишь!
— Господин генерал, если я буду просто лежать дома или даже в госпитале — я неминуемо сойду с ума, не дожидаясь конца. А так я хоть что-то делаю, — честно сказала Марион. — И я не знаю, смогу ли что-то съесть.
— Хорошо, — генерал оказался неожиданно покладистым. — Как сможешь, так и будет. Пойдём?
Всё верно, покладистым генерал Саваж может быть в одном-единственном случае — если ему это для чего-то нужно и не мешает никаким его планам. А спорить с ним бесполезно, это она тоже знает. Да и сил на это нет.
Марион сложила книги на стол к лаборантке Дениз, собрала свои разложенные бумаги, заперла кабинет, как её и просили, и сказала:
— Я готова.
— Вот и отлично, — кивнул он и раскрыл портал.
Марион случалось ходить порталами, поэтому ничего нового её не ждало. Кроме финальной точки, конечно — они вышли в холле изрядных размеров, из которого шла куда-то наверх покрытая ковром мраморная лестница. А возле той лестницы стоял Саваж — её Саваж, то есть, простите, отец её ожидаемого ребёнка. Стоял и ел её глазами — точь-в-точь как тогда на конференции.
— Что, спрятался за господина генерала, да? — спросила она первым делом. — Знал, что это беспроигрышный вариант?
— Марион, — он улыбнулся, просто улыбнулся. — Спасибо, что пришла. Я не верил, но отец сотворил чудо. Я предполагал, что ты не станешь отправлять его в те места, куда послала вчера меня.
— Значит, рассказывай, как там ты меня любишь без памяти. У тебя одна попытка.