В темноте было плохо видно, но когда он чуть повернул голову, когда свет от приборки мазнул по его рукам, по рулю, по пальцам, я почему-то первым делом уставилась именно туда. На правую руку. На безымянный палец.
Кольца не было.
Я сглотнула.
Не носит, что ли? Понятно все.
Да и чему я, собственно, удивляюсь. Наверное, еще одну женщину с ребенком бросил, козлина.
А может, где-то сейчас сидит такая же, как я когда-то, и ждет его с работы, и не знает, что перед ней ходячая катастрофа для женской психики.
С него станется.
Меня аж передернуло от этой мысли.
Шарапов же завел разговор под бубнеж радио.
То подпевал хиты, тоо продолжал говорить.
Что-то про погоду. Про то, что сегодня вообще черт знает что творится и что в таких дебрях даже днем не каждый сунется, а меня вообще угораздило.
— И как тебя вообще занесло в такие места? — усмехнулся он. — Ты там грибы, что ли, ночью собирала?
Я резко повернула к нему голову.
— А ты-то сам тут что делаешь?
— Получал по башке от начальства, — он не медлил ни секунды.— Даже коньяк, который я привез ему в дань и догонку, не помог. Отметелили меня по полной, отправили в отпуск, я вот и думаю, пойду что-ли бывшую на трассе подберу.
Он думает это тоже смешно? Ничуть.
— Понятно, — только и процедила я сквозь зубы.
Понятно. Конечно.
А у меня еще более интересная культурная программа.
После этого мы поехали молча. И, слава богу. Я снова отвернулась к окнуи просто смотрела вперед.
На редкие фонари. На вывески и знакомые повороты.
Город постепенно вырастал из темноты и чем больше знакомых очертаний я видела, тем сильнее отпускало напряжение в груди. Совсем чуть-чуть осталось.
Вот здесь аптека круглосуточная. Вот здесь шиномонтаж. Вот этот поворот на старую заправку.
Вот рекламный щит, который уже третий год обещает всем скидки на кухни.
Господи, родной город. Никогда бы не подумала, что буду смотреть на облезлую вывеску “Мир дверей” с такой нежностью.
— Люб, — снова подал голос Саша, и я внутренне сразу напряглась. — Кофе хочешь? Или чайку, может, горячего?
Я даже не повернулась.
— Меня дома ждут, — ответила я вроде бы мягко, но так, чтобы было понятно: нет. Без вариантов.
Мне не хотелось от него ни кофе. Ни чай. Ни остановок.
Все это было уже не к месту.
— Пусть твой муженек не боится, — протянул вдруг водитель, чем меня крайне ошарашил. — Я тебя надолго не задержу.
Я невольно подняла взгляд и встретилась с ним в зеркале заднего вида.
Он смотрел на меня.
С этой своей чертовой самоуверенностью, которая всегда меня бесила. Даже сейчас. Особенно сейчас, наверное, от злости.