Люба молча положила ладонь поверх моей.
— Не надо, Саш…
— Надо. Хватит ее оправдывать. Всю жизнь кто-то ее оправдывал. Отец. Я. Все вокруг. А итог один. Одиннадцать лет украденной жизни. Одиннадцать лет без сына. Я больше не собираюсь делать вид, что ничего страшного не произошло. Не получится. Слишком поздно.
Она придвигается ближе. Совсем немного. Наши плечи соприкасаются.
Я закрываю глаза на секунду.
Е-мае…
Как же мне этого не хватало.
— Кузнецова…
— Что, Шарапов?
Я улыбаюсь.
— Давай завтра вместе поедем на эту свадебную подготовку . Познакомишь меня со своими клиентами. Потом заберем Даню после школы. Съездим куда-нибудь поужинать. А на выходных снимем домик. Пожарим мясо. Посидим у костра. Ты расскажешь мне все, что было без меня. Я расскажу все, что было без вас. Не хочу больше терять ни одного дня.
Она долго смотрит мне в глаза, потом едва заметно кивает.
— Давай.
Я сжимаю ее ладонь крепче.
— И еще…
— Что?
— Можно я сегодня останусь?
Она улыбается уже по-настоящему. Такая красивая, даже с разбитым носом.
— Фильм сначала выбери, Шарапов.
— Это значит да?
— Это значит… оставайся. Надеюсь, ты не храпишь.
Глава 34.
* Александр *
— Пойдем спать... Если честно, я сейчас усну прямо на диване.
— Пойдем.
Она поднимается первой. Я тоже встаю следом.
Мы идем в спальню медленно, будто специально растягиваем эти несколько шагов.
Люба открывает дверь, включает маленький ночник возле кровати, и комната сразу становится уютной.
Я задерживаюсь на пороге. Странное чувство. Когда-то давно я мечтал просыпаться рядом с этой женщиной каждое утро. Представлял нашу спальню. Наш дом. Нашу жизнь.
Потом решил, что этого никогда уже не будет. А сейчас стою в ее комнате и до сих пор не верю, что все происходит со мной.
Люба садится на край кровати и осторожно касается пальцами переносицы.
Я сразу замечаю.
— Болит? — Я присаживаюсь перед ней на корточки, осторожно беру ее за запястье, не давая снова трогать синяк, и заставляю посмотреть мне в глаза. Лицо за эти часы стало еще бледнее, под глазами залегли тени, а на переносице проступил темный след. Меня снова накрывает злость. — Только не говори, что ерунда. Я же вижу.
Она виновато улыбается и тихо вздыхает.
— Очень болит. — Люба пожимает плечами и пытается перевести все в шутку. — Но если честно... сейчас больше спать хочется, чем лечиться.
— Не получится.
— Почему?
— Потому что я тебе не дам.
Она вопросительно поднимает брови.
— Шарапов...
— Сиди здесь. — Я поднимаюсь, легко касаюсь ладонью ее щеки и, прежде чем выйти из комнаты, тихо добавляю: — Даже не думай без меня лечь.