— Валерчику там хорошо на теплой кроватке, паскуда… — процедила я сквозь зубы, цепляясь руками за кусты.
Ветки били по рукавам, царапали ладони.
Я ползла наверх, как последняя выжившая в фильме ужасов. Сапоги скользили, колени пару раз подогнулись, я чуть не села на задницу, но все-таки упрямо лезла дальше.
В какой-то момент уже не шла, а реально карабкалась, помогая себе руками.
— Давай, Люба… — шипела я сама себе. — Давай… Еще чуть-чуть…
Наконец добралась до обочины. Передо мной вырос этот дурацкий ограничитель. Я кое-как перелезла через него, гимнастка года, зацепилась дубленкой, чуть не порвала рукав, выругалась так, что, наверное, даже совы в лесу перекрестились, и выпрямилась уже на самой трассе.
Сразу огляделась по сторонам.
И, что и следовало ожидать…
Ни одной машины.
Вообще.
Пустая дорога. Черная лента асфальта, уходящая в обе стороны, и только одинокий фонарь.
Стоял себе, светил, как издевательство.
Я медленно повернула голову в ту сторону, уставилась на этот далекий желтый круг и невесело усмехнулась.
— Это и есть свет в конце туннеля?
Ой…
Ну и где мой принц на белом коне? Или это у нас только в сказках?
Глава 7.
* Любовь *
Я стояла на трассе и шагала туда-сюда, уже не чувствуя нормально ни ног, ни пальцев, ни вообще себя целиком.
Замерзла так, что казалось, еще немного — и окончательно задубею. Сапоги промокли, носки тоже, дубленка была вся в грязи, хотелось сесть прямо на этот чертов асфальт и зарыдать от безысходности.
Я то обнимала себя руками, то снова совала их в карманы, то вытаскивала и растирала ладони, но помогало плохо.
Стою, смотрю назад, туда, откуда только что сама выбралась, и в голову лезет одна идиотская мысль за другой.
Может, надо было пойти обратно к Валере?
Может, уже бы ехала в тепле, нашла бы там зарядку. Может, придумала бы хоть что-то, кроме как торчать на трассе, как потерянная… Но потом я сразу представляла эту рожу и эту белобрысую наливную сливку у него в кровати, и меня опять передергивало.
Нет. Нет, туда я бы не вернулась. Даже если бы там мне выдали плед, чай и кусок горячей пиццы, я бы все равно не смогла переступить обратно через тот порог.
Шагала вдоль обочины, как ненормальная, вглядывалась в темноту и уже почти перестала чувствовать время. Только фонарь вдалеке, только ветер, только редкий гул трассы и я.
В какой-то момент показались огни. Где-то далеко. Машина….
Я сразу встрепенулась, выпрямилась, подняла голову, будто меня током ударило, и давай махать руками.
Сначала одной, потом обеими, потом еще шагнула ближе к краю дороги, чтобы меня точно заметили.