Я видел только одно: дверь в комнату, откуда доносился этот хриплый мужской мат и Любино сбитое дыхание.
Картина в комнате врезалась в голову так, что, наверное, до конца жизни будет стоять перед глазами.
Люба у окна.
Одной рукой держится за подоконник, второй прижимает что-то к лицу. На щеке кровь. Губа разбита.
Волосы растрепаны, лицо белое, глаза огромные, но злые. Даже сейчас злые, моя упрямая девка.
Перед ней этот лысый здоровый хрен.
Валера, как я понял.
Тот самый муженек, который еще имел наглость приходить сюда и открывать рот.
Стоит, пыхтит, рубашка перекошена, лицо красное, руки сжаты, и по нему видно: он еще не понял, что сейчас закончилась его жизнь в прежнем виде.
Я не помню, что подумал первым.
Наверное, ничего.
Мыслей вообще не было.
Даня в коридоре.
Кровь на лице Любы.
Этот урод перед ней.
И была такая злость, что если бы я дал ей волю сразу, его пришлось бы выносить отсюда ногами вперед.
Я сделал шаг.
Он повернул голову, увидел меня и сначала даже не понял, кто я.
В его глазах мелькнуло тупое раздражение, потом настороженность.
Хорошо.
— Ты кто такой? — рявкнул он.
Я прошел в комнату, сделал пару шагов, оценивая схватит ли он Любу.
Главное ей не навредить, вдруг у него оружие за спиной.
Кто эту суку знает.
И тут шаги за спиной, я даже не обернулся.
— Даня, выйди в коридор.
— Я...
— Выйди.
Голос у меня был такой, что сын не стал спорить.
Я услышал, как он отступил.
И только тогда посмотрел на Валеру.
— Ты че, сука... — произнес я тихо. — Руку на нее поднял?
Глава 28.
* Любовь *
Все произошло за какие-то минуты, а мне казалось, что я стою внутри этого кошмара и никак не могу понять, где в нем дверь наружу.
Еще недавно Валера держал меня в гостиной, перегораживал путь своим телом, орал мне в лицо, что я совсем страх потеряла, что я еще пожалею, что решила выставить его вещи, что квартира общая, что сын мой его достал, что я возомнила себя королевой, а потом я дернулась к выходу, он схватил меня за плечо, толкнул, и я лицом ударилась о край шкафа.
Удар был такой глупый, что я даже сразу боли не поняла.
Только звон в голове, кровь во рту, Данин крик из коридора и Валерин мат, который стал еще громче, будто он сам испугался того, что сделал, и решил перекрыть это ором.
А потом дверь ударилась о стену, в квартиру ворвался Саша, и дальше все пошло так быстро, что я успевала только хватать ртом воздух и смотреть, как моя жизнь разваливается прямо на глазах у сына.
Шарапов влетел в гостиную и будто занял собой всю комнату.
Я видела его спину, широкие плечи, то, как он одним движением встал между мной и Валерой, как даже не обернулся ко мне, потому что смотрел только на него.