Эмма на цыпочках подошла к остальным и тихо изложила им свой план. Мэдди с Эдгаром стояли как в воду опущенные, Элиза почти её не слушала и всё рассматривала свои горящие руки. Эмма вопросительно взглянула на подругу, и та покачала головой.
– Оно никак не гаснет.
– Ясно. Мы, э-э… что-нибудь придумаем, – обещала Эмма.
Конечно, ничего хорошего в этом не было, но сейчас её тревожили более насущные вопросы.
Монстр всё не унимался и всеми силами пытался сорвать дверь с петель.
– Просто… Постарайся пока ничего не поджигать, ладно? – торопливо добавила Эмма.
Элиза покосилась на дверь и кивнула.
Они собрались у окна и стали приглушённо спорить о том, кто пойдёт первым. Эмма решила не ждать, пока все придут к общему решению, и молча перекинула ногу через подоконник, держась за него обеими руками. Она убедилась в том, что твёрдо стоит на внешнем выступе, и повернулась к соседнему окну.
Снаружи всё выглядело иначе. Выступ оказался вовсе не такой широкий, как Эмма себе представляла. Наверное, фут или два в ширину. Один неверный шаг – и она сорвётся.
У неё снова закружилась голова, и перед глазами всё поплыло. Ноги скользили по выступу, и Эмме пришлось сильнее вцепиться в подоконник, до того, что на пальцах побелели костяшки. Затем она собралась с духом, отпустила подоконник, прижала ладони к продольному брусу, поросшему мхом, и стала неспешно двигаться вперёд, дюйм за дюймом. Ещё шаг… И ещё… Соседнее окно постепенно приближалось.
На это ушло немало времени, но Эмма наконец добралась до него и схватилась за край рамы. Её накрыла волна облегчения. К счастью, это окно было не такое липкое и скользкое, и ей удалось поднять его, чтобы забраться в комнату. Там она как можно тише спрыгнула на пол и огляделась. Этот номер выглядел точно так же, как девятый, – заросший папоротником и мхом, с ободранными обоями и пыльным зеркалом, отражавшим бледное, перепуганное лицо девочки.
Мэдди с Эдгаром последовали за ней, пускай нерешительно и довольно медленно, и Эмма помогла им перебраться через подоконник. К тому времени, как Эдгар залез в комнату, Элиза уже отходила от первого окна, сосредоточенно наморщив лоб. Эмма, затаив дыхание, наблюдала за тем, как она идёт по выступу, окутанная пламенем. Мох съёжился от горячей искры, но погасил её, а от листьев поднялась струйка дыма. К счастью, и мох и листья были достаточно влажными и покрывали едва ли не всё вокруг, так что пожар им пока не грозил.
Эмма перевела взгляд с Элизы на окно напротив. Отель был построен так, что из этой комнаты открывался вид прямо на противоположную, и полуденное солнце играло на стекле, окрашивая его в ярко-жёлтый, с насыщенным оранжевым оттенком от пламени Элизы. Эмма сощурилась и разглядела своё отражение в пыльном стекле. Её белое, усталое лицо обрамляли спутанные, взлохмаченные чёрные волосы.