Королева, крича от боли и ярости, вскочила на ноги и – к удивлению Эммы – бросилась к плакатам.
Не успели они отреагировать, как из коридора послышались гулкие шаги, и в зал ворвался Тобиас Маккроу. Александрия застыла на месте от неожиданности, а он бросился к ней, сверкая глазами.
– Отпустите мою мать!
Пока Эмма пыталась сообразить, что происходит – ведь здесь больше никого не было, кроме них! – Тобиас врезался в королеву и повалил её. Они с шумом ударились о мраморный пол, и Александрия вновь зашлась гневным воплем, отбиваясь изо всех сил. Вдруг раздался громкий треск и поднялось облако дыма. Королева и охотник исчезли, а на их месте остались лишь плакаты, которые Александрия держала в руке.
Глава 42
Первым тишину нарушил Эдгар.
– Она… пропала?
Тут же снова раздался треск, и королева возникла за спиной Мэдди, победно ухмыляясь. Эмма вскрикнула, и её подруга тут же обернулась, но не успела отскочить. Королева с силой толкнула девочку. Мэдди ударилась о мраморную стену и осела на пол. Лицо у неё стало совсем белое, и она сжалась в комочек.
– Мэдди! – вскричала Эмма и кинулась к ней. Сверху послышалось возмущённое карканье, и во́роны стали пикировать на королеву.
Александрия завизжала и взмахнула рукой, пытаясь от них оградиться. Она снова испарилась, и во́роны лишь пролетели по пустому воздуху. Эдгар вскрикнул от ярости, но королева тут же материализовалась за ним и обхватила рукой его шею.
– Нет! – выпалила Элиза, и её руки воспламенились. Эмма поспешно поднялась на ноги, дрожа от ярости. Девочки стояли перед королевой, и на их лицах играл свет ламп. Эмма посмотрела на плакаты, разлетевшиеся по полу, и вдруг задумалась над тем, как Александрия внезапно пропадает и появляется вновь.
– Элиза, плакаты! Уничтожь их! – выпалила Эмма, но тут же потеряла дар речи, увидев на ближайшем листке портрет Тобиаса Маккроу. Он широко распахнул глаза и выставил перед собой руки. Взгляд девочки скользнул по остальным плакатам, и сердце у неё замерло.
Вот детализированный портрет ведьмы в чёрной мантии на золотых пуговицах, с пучком светлых волос и потрясённым выражением на загорелом лице. А вот знакомый охранник с разинутым ртом и поднятой рукой. И рядом с ними – пожилая дама с тронутыми сединой волосами.
Они все попали в бумажную ловушку. Застыли во времени.
Эмма наклонилась и сгребла листы с изображениями заключённых на них людей трясущимися руками. Всё оказалось намного страшнее, чем она думала.
– Королева их заколдовала! – громко сказала Эмма под карканье воронов и повернула один из плакатов лицевой стороной к друзьям. – Вот, смотрите.