Медленно поднимаю руку и смотрю на кольцо, которое всё ещё на моём пальце. Я провожу пальцем по камню. Он отзывается лёгким теплом, будто напоминает: ты здесь, ты любима.
- Чёрные волосы, - шепчу я, глядя на своё отражение в тёмном стекле. - Синие глаза. Теперь это моё лицо.
Я думаю о том дне, когда молния ударила в меня. О том, как я стояла на краю обрыва, не понимая, что делаю. О том, как Адам снял с руки кольцо и надел его на мой палец. О том, как я впервые почувствовала, что кто-то готов защищать меня, даже если я сама не могу защитить себя.
Где-то внизу слышатся голоса. Ветер доносит смех - кажется, Лизетта что-то рассказывает герцогине. Я улыбаюсь, чувствуя, как внутри разливается тепло.
Я вспоминаю Арстена, его молчаливое одобрение, когда я впервые правильно нанесла руну. Вспоминаю, как он оставил на моём столе книгу о скаполите. Как я поняла, что Аврора не умерла от болезни - она рискнула и проиграла. Но я не проиграю. Я буду жить за нас обеих.
Я смотрю в окно, на линию леса, которая постепенно сливается с ночным небом.
- Если бы я знала тогда, - говорю я тихо, - что всё закончится так... я бы ни о чём не жалела.
Я провожу пальцами по стеклу, оставляя на нём размытый след. Внизу кто-то смеётся, и я слышу голос Адама. Он говорит что-то герцогу, и в его голосе слышится та же лёгкость, которую я так полюбила.
Я закрываю глаза и чувствую, как ветер касается моего лица. Я дышу. Я здесь. Я жива.
Эпилог
Утро началось с тихого стука в дверь.
Я уже не спала - лежала в постели, глядя в потолок, и слушала, как за окном щебечут птицы. Солнце только начинало подниматься, заливая комнату мягким золотым светом. Вчера вечером я думала, что не усну от волнения, но сон пришёл быстро - спокойный, глубокий, без сновидений.
- Госпожа Аврора, - раздался голос за дверью, - можно войти?
Я улыбнулась, узнав его.
- Входи, Марфа.
Дверь приоткрылась, и в комнату вошла Марфа. Она была в нарядном тёмно-синем платье, которое я купила ей специально для сегодняшнего дня. Волосы убраны под аккуратный чепец - она волновалась даже больше моего.
- Госпожа, - выдохнула она, останавливаясь посередине комнаты, - я… я принесла платье.
Она указала на длинный футляр из тёмного дерева, который держала в руках. Две служанки стояли позади, но Марфа не позволила им войти - она хотела сделать это сама.
Я села на кровати, чувствуя, как внутри поднимается странное спокойствие. Не волнение, не трепет - а тихая, глубокая уверенность, что сегодняшний день -правильный.
- Покажи, - сказала я тихо.
Марфа поставила футляр на кровать и открыла крышку. Ткань, мерцающая в утреннем свете, показалась мне живой - словно платье дышало, ожидая, когда его наденут.