- Мы уже собирались уезжать, - ледяным тоном говорит мачеха, не глядя на меня. - Ты могла бы и поторопиться.
- Если бы я знала, что вы так торопитесь, я бы пришла ещё раньше.
Бьянка фыркает и отворачивается к окну. Мачеха ничего не отвечает, только сжимает губы.
Сажусь напротив них, карета трогается.
Поначалу тихо. Мачеха сидит с закрытыми глазами, делая вид, что отдыхает. Бьянка демонстративно рассматривает ногти. Я смотрю в окно.
Сначала мы едем по дороге от поместья. Вдоль неё тянутся поля, леса, редкие деревеньки. Всё зелёное, ухоженное, как на картинке из книг о старине. Смотрю - и сердце бьётся быстрее.
Потом дорога становится шире, и вдали показывается город. Прижимаюсь лицом к стеклу, пытаясь разглядеть.
Дома невысокие - в основном два-три этажа. Крыши черепичные - красные и тёмно-серые. Узкие улочки, мощёные булыжником. Люди идут по своим делам: женщины в простых платьях и чепцах, мужчины в куртках и шляпах, дети бегают босиком по мостовой. Лавки, вывески, телеги, запряжённые лошадьми.
Всё так... по-другому.
Смотрю на одежду прохожих - грубые ткани, простые фасоны. Никто не носит шёлка или бархата. Только люди в каретах, как мы, одеты иначе. Значит, город разделён на бедные и богатые кварталы.
Замечаю женщину у колодца с ведром. Лицо уставшее, но она улыбается ребёнку, который тянет её за юбку. Смотрю на неё и думаю: она не знает, кто я. И ей всё равно. Я для неё - просто ещё одна леди в карете.
Город живёт своей жизнью. Шумной, пыльной, настоящей.
Понимаю: это важно. Понять, как живут люди в этом мире. Потому что, если хочу выжить, должна знать, что меня окружает.
Бьянка украдкой взглядывает на меня и фыркает, будто обдумала какую-то мысль, и она ей понравилась. Улыбается и снова отворачивается.
Замечаю эту улыбку. Она мне не нравится. Слишком сладкая, слишком довольная. Я видела такие улыбки в детдоме — перед тем, как кто-то подкладывал кнопку на стул или прятал твои вещи. Бьянка готовит мне подлость.
Карета тем временем въезжает в более широкую улицу. Здесь дома выше, наряднее. Окна украшают резные наличники, двери - кованые решётки. В витринах мелькают ткани, кружева, шляпки, украшения. Аристократический квартал. Значит, мы почти приехали.
Мачеха открывает глаза и холодно смотрит на меня.
- Мы остановимся у магазина «Шёлк и атлас», - говорит мачеха, и в голосе нет ни капли тепла. - Ты выберешь платье. Быстро. Без капризов. Я не намерена тратить на тебя целый день.
Глава 7
В ателье просторно и светло. Огромные зеркала в резных рамах, манекены в пышных платьях, рулоны тканей всех цветов - от нежного жемчужного до глубокого бордового. В воздухе витает запах шёлка, кружев и воска. Замираю на мгновение, рассматривая это великолепие.