- Ну наконец-то! - восклицает она, хватая меня за руку и почти бегом увлекая к экипажу. - Мы опоздаем!
Не успеваю возразить, как мы уже оказываемся внутри кареты. Лизетта, подавшись вперёд, затараторила, рассказывая о лучших магазинах города, о том, какой фасон сейчас в моде и почему её выбор должен стать решающим.
Лизетта отвозит меня в лучший магазин под названием «Любимые кружева».
- Здесь только лучшие платья, - шепчет она, сжимая мою руку.
Мы начинаем перемеривать. За пару часов перемериваем все понравившиеся платья, выбирая лучшее. Шёлк, кружева, бархат - всё ложится на плечи, но ни одно не чувствуется моим. Каждое красивое, но не моё.
Но когда я надеваю то самое - струящееся, цвета ночного неба, с золотой вышивкой по подолу, - она замирает и выдыхает:
- Аврора... это оно. Это просто идеально.
Медленно поворачиваюсь к большому зеркалу в резной раме и замираю.
Из отражения на меня смотрит красивая девушка с идеальной фарфоровой кожей. Чёрные волосы, длинные и струящиеся, обрамляют лицо, подчёркивая его тонкие черты. Глаза необычайно синие - глубокие, чистые, словно сапфиры. Они выделяются на фоне тёмных волос и бледной кожи, притягивая взгляд.
Платье облегает фигуру, струясь к полу, и каждый раз, когда я делаю шаг, золотая вышивка на подоле мерцает, словно солнечный блик на морской волне. Талия тонкая, плечи открытые, линия шеи изящная и длинная - словно у статуи.
Упаковав покупку, мы, довольные, отправляемся назад в поместье. Лизетта что-то щебечет рядом, но я слушаю её вполуха. Думаю о том, как изменилась моя жизнь за последние месяцы, о том, что ждёт впереди. За окном проплывают поля и редкие деревья - я чувствую, как этот день остаётся в памяти лёгким, почти невесомым.
Глава 47
Как вдруг карета резко останавливается - я едва удерживаюсь, чтобы не упасть со скамьи. Лизетта вскрикивает, и я чувствую, как внутри поднимается холодная волна тревоги. За стенкой кареты слышится шум - топот, крики, чей-то резкий приказ. Через мгновение дверца распахивается, и я вижу нескольких незнакомцев - грубые лица, мрачные взгляды, явное намерение. Одежда простая, тёмная, руки, сжимающие край дверцы, грубые, привыкшие к силе.
Не успеваю сказать ни слова, как они хватают меня и резко вытаскивают наружу. Пытаюсь вырваться, но хватка слишком сильная. Краем глаза вижу движение - чья-то рука, занесённая для удара, прежде чем резкая боль вспыхивает в виске, и мир меркнет.
Очнувшись, чувствую глухую тряску. Карета движется - колёса стучат по неровной дороге. Меня куда-то везут. Пытаюсь пошевелиться и понимаю: руки связаны - верёвка туго стягивает запястья, оставляя неприятное жжение. Лежу на полу кареты лицом вниз, каждый толчок отдаётся в голове тупой болью.