Катя, хоть и удивилась такой необычной просьбе, но покорно и вовремя вышла за калитку. Через пару минут подрулил Иосиф, сам за рулем. Вышел из машины, поцеловал Катю и вручил пухлый конверт:
– Робу, пожалуйста, не говори ничего! Это на день рождения. Не обсуждается. Надо, чтоб он радовался – и жизни, и гостям, и хорошим продуктам. Как когда-то. Это наш с тобой секрет, прошу никому ничего не говорить. Просто устрой папе шикарный день рождения! Ты же и сама зарабатываешь, вот и скажи, что накопила!
Он сел в машину и тронулся, махнув из окна рукой. Катя пару минут так и простояла, глядя, как Иосиф уезжает по пыльной ухабистой дороге.
Катерина довольно успешно работала риелтором, сдавала квартиры направо-налево, получала за каждый договор свои проценты и стала, честно говоря, одним из основных добытчиков и в своей семье, и в родительской. У нее и самой мысли не было оставить папу без юбилея и отложить эти деньги на что-то другое. А тут такое неожиданное подспорье. Спорить с Коббом не имело смысла – если он что-то решил, то никакое другое мнение в расчет не шло. Катя и не сопротивлялась, но этот широкий жест очень оценила. Но все равно список гостей пришлось хорошенько сократить, уже и речи не могло идти о сотне человек, которых всегда вмещала просторная поляна перед домом Крещенских. Решили устроить юбилей в самом доме, стол (вернее, два составных) накрыть в гостиной и смежной с ней комнате и всех чинно-мирно усадить, а не пускать, как обычно, с тарелкой по саду.
Встал вопрос, чем кормить, вернее, где взять еду. Это был вопрос из вопросов. В магазинах не продавалось буквальным счетом ничего. Даже меньше, чем ничего. Исчезли даже пирамиды никому не нужных консервов, обвитые паутиной. Оставался рынок с баснословными ценами, на котором можно было купить более или менее сносные продукты, и валютные магазины. Был, правда, еще один сто́ящий магазин на Кутузовском проспекте под простым и все объясняющим названием – «Хороший». Катя и раньше заезжала в него, но скорее чтобы полюбоваться на деликатесы и вспомнить, как выглядят настоящие продукты. А сейчас поехала прицельно, тем более что находился он по дороге в Переделкино. Магазинчик был маленький, скорее напоминал лавку: три прилавка всего, но вмещал все возможные яства: копченые балыки, икру разного цвета, колбасы, ветчины, сыры и французские вина, фрукты и шоколад – все было очень волшебно сконцентрировано в одном месте. Катя поменяла честно заработанные доллары в мобильном обменнике, припаркованном у гостиницы «Украина», и поехала по Кутузовскому покорять магазин «Хороший». Там она оказалась в гордом одиночестве – долго крутилась перед прилавками, сверялась с длиннющим списком, который втайне от всех составила, приседая и рассматривая продукты, принюхиваясь и приглядываясь, чтоб не ошибиться, выспрашивая у продавщицы, что какой свежести, и купила в результате полмагазина. Еле-еле, в три приема, дотащила кое-как сумки от калитки до дома.