– Лидок, – первым позвонил встревоженный Принц Мудило, – надо уезжать из города, причем срочно! Все случилось на атомной станции намного раньше, нам сообщили об этом только сейчас, и к Москве уже подползает радиоактивное облако! Скажи Робочке, у вас же семья, ребеночек маленький, надо спасаться!
Больше всех была перепугана жена композитора Мопсина Анжелла, в обиходе Желла, обязательно через два «л». Она примчалась к Крещенским домой без звонка, хотя обычно такое себе не позволяла, поскольку считала, что прекрасно воспитана. Но это ей только казалось. Лидка слегка опешила, увидев ее, большую и яркую, в дверях, хотя к восьмидесяти трем-то своим годам научилась ничему уже не удивляться. Больше всего обрадовался спаниель Бонька – людей он любил в корыстных целях, но больше людей любил пожрать и понимал, что человек и еда неразделимо связаны. Поэтому с каждым вновь пришедшим появлялась и надежда, что ему чего-нибудь перепадет. Но Мопсина на пса даже для приличия не взглянула, по-хозяйски отодвинув его ногой. Она была вызывающа всегда, а ее резвый темперамент вечно лез изо всех щелей – к ее приходу надо было морально готовиться, а тут вдруг свалилась как снег на голову. Криво пристроенный блондинистый шиньон Желлочки потрясывался от расстройства, словно пугливая трясогузка, свившая гнездо на пустой голове, а раскрытый зонт говорил о многом.
– Пойдемте, Желлочка, на кухню, сейчас я Аллусю позову, – Лидка совершенно не хотела с ней надолго оставаться, просто потому что не любила завистливых и недобрых людей, а Мопсина была из их числа. – Зонтик можно у лифта оставить. Дождь?
– Нет, но может пойти. И точно уже будет радиоактивным! Я защищаюсь, чем могу, – и она выставила вперед свою полную ногу с высоких садовых резиновых сапогах болотного цвета. Имя ей очень подходило – как так устроено, что имя обычно отражает вид, подвид и характер человека? Анжелла, Желла – в ней и было что-то одновременно блядское и желеобразное, но в то же время не лишенное привлекательности. Она лоснилась еврейской красотой со всеми выдающимися признаками национальности: большие выпуклые глаза, вечно прикрытые тяжелыми, густо напомаженными ресницами с тушью, накопленной годами, крупный нос и пушок под ним, переходящий в редкие усики. А запах… какой она источала запах! Она пахла потными лилиями, причем пота в этом запахе было изначально больше, чем лилий.
– Желлочка, привет! Как неожиданно! – не сдержалась Алена.
– Девочка моя, как я рада тебя видеть! – наврала Анжелла и села желеобразной горой за кухонный стол. Все знали, что она всегда говорит только правду, но чаще сама ее и выдумывает.