Маляр был действительно не простой, а с секретиком, закончил в свое время Строгановское училище, пописал с десяток лет портреты с натюрмортами и в один прекрасный день устроился маляром в театр, бросив свое основное занятие, как объяснил, из-за недостатка общения. «С картинами ведь не поговоришь», – смущенно улыбнулся он. Но художником он оставался не только в душе, внешне тоже старался соблюсти все атрибуты свободного творца – носил объемные балахоны, художественно запачканные краской, черный шелковый платок, небрежно согревающий щетинистую шею, седеющие волосы не стриг, а собирал резинкой в жидкий хвост. За ухом у него зачем-то торчал остро отточенный карандаш, который нарушал симметрию его строгого лица. Скорей всего, именно таким ему виделся идеальный художник. Да и имя у него тоже было необычное – Лаврентий. Желлочка очень его нахваливала – мастер, это настоящий мастер! И убедительно просила не давать его телефон направо-налево, а то вдруг еще когда понадобится, а на нас времени уже не останется.

– Ну-с, каким мы видим коридор? – спросил Лавр, вернувшись после досконального осмотра всей квартирной территории. – Это важное решение, это путь, который ведет дальше в покои (он так и сказал – в покои), он не должен быть безликим.

Алена немного удивилась такому повороту событий, ей казалось, что тут все предельно просто – главное, чтобы был не белый:

– Что-то типа бежевого или даже голубой, нежно-голубой, не насыщенный, – хотя и сама не знала, какой цвет ей тут видится.

– Может, что-то поярче? – предложила Катя.

– Давайте начнем с главного! Что у нас за мебель? Что в комнатах встанет? – поинтересовался Лавр и стрельнул у хозяйки сигаретку.

– Целый гарнитур: два дивана, сороконожка, стулья и кресла – ампир красного дерева. Еще шкаф и горки для посуды. Стульев много, во все комнаты пойдут. В общем, вся мебель в стиле ампир. И немножко модерна, о нем не думайте.

– Т-а-а-а-к. Ампир, говорите? – тут он взял себя за подбородок, чтобы выглядеть значительней, и задумчиво продолжил. – Ампир любит дерзкие насыщенные цвета – кобальт, изумруд, бордо, темно-желтый, а на светлом фоне ваша драгоценная мебель просто пропадет. Давайте думать над цветом… Как вы относитесь, скажем, к бордо? – неожиданно спросил он, прищурившись и глядя по сторонам.

– Бордо? В коридор? Даже звучит как-то странно, – сделала испуганное лицо Алена.

– А темно не будет? – спросила Катя.

– У вас же будет освещение, повесите при входе, вот здесь, – он показал на несчастную одинокую лампочку на проводе, безвольно висящую посреди потолка, – красивую старинную люстру, она высветит весь коридор, цвет заиграет, а я уж вам такой удивительный наверчу!