Тихий стук в дверь заставил меня вздрогнуть.
— Войдите, — отозвалась я, и голос прозвучал мягче, чем я ожидала.
Мать вошла без привычной для королевы свиты. На ней было тёмное домашнее платье, волосы распущены, как в те редкие вечера, когда она позволяла себе быть не правительницей, а просто женщиной.
— Девочка моя… — произнесла она тихо и подошла ко мне быстрыми шагами.
Я не успела ничего сказать, как она уже обняла меня. Я вдохнула знакомый запах её духов, тонкий, с ноткой мирры и чего-то сладкого, и вдруг поняла, как сильно мне хотелось именно этого прикосновения.
— Ты дрожишь, — прошептала она, хотя я не чувствовала дрожи.
Она усадила меня на край постели, сама села рядом и провела ладонью по моим волосам. Это движение было таким знакомым, что я на секунду почувствовала себя совсем маленькой.
— Всё позади, — сказала она. — Ты дома. Мы рядом. Никто больше не посмеет причинить тебе вред.
Я кивнула, чувствуя, как к глазам подступают слёзы.
— Я помню только страх, — призналась я тихо. — А остальное будто в тумане.
Мать заметно напряглась, но её рука не перестала гладить мои волосы. Я мягко опустилась лечь, подложив подушку под щеку.
— И не нужно помнить больше, — сказала она спокойно. — Тебе незачем нести это с собой.
Её пальцы скользнули от волос к виску, затем к затылку. Прикосновение стало чуть медленнее, сосредоточеннее. Кажется, там должна быть ранка или шишка… В какой-то момент мне показалось, будто воздух вокруг стал вязким. Лампа на столике едва заметно дрогнула, её свет потускнел. Мать наклонилась ближе, её губы почти коснулись моего лба.
— Спи спокойно, — прошептала она.
Я почувствовала лёгкое тепло, тонкую волну, прошедшую по коже. Словно кто-то попытался осторожно коснуться чего-то глубже, чем тело. Это ощущение было странным, но не пугающим. Скорее, неожиданным.
Внутри меня что-то отозвалось. Не сопротивлением и не болью. Просто плотностью. Как будто под поверхностью гладкой воды скрывалась глубина, о которой я сама не знала.
Я оглянулась на матушку. Она спокойно продолжала поглаживать меня по голове. Её пальцы чуть сильнее сжались на моих волосах, потом расслабились. Она провела ладонью по моему лбу, по щеке, как если бы просто проверяла, нет ли жара.
— Ты стала сильнее, — пробормотала она почти неслышно, но тут же улыбнулась. — Видишь? Даже страх не сломал тебя.
Я не поняла, что она имела в виду. Конечно, я стала сильнее — я пережила похищение и вернулась. Это естественно. Мать ещё раз коснулась моего лба, выискивая что-то невидимое, но затем отстранилась. В её глазах мелькнула тень сомнения или тревоги, которую она тут же спрятала за привычной мягкостью. Но я это заметила.