— Он поможет мне… выздороветь? Совсем? — тихо спросила я.
— Поможет, — уверенно сказал он. — Я не стал бы лгать тебе в этом.
Я провела пальцами по камню, чувствуя, как от него исходит едва уловимое тепло.
— Ты вложил в него часть себя? — осторожно уточнила я.
Он усмехнулся.
— Если хочешь — да. Можно и так сказать.
— Спасибо, — прошептала я. — Это… самый важный подарок, который я сегодня получила.
Ноа улыбнулся, и от этой улыбки по коже побежали мурашки. Я поспешно отвернулась, чувствуя, как предательски сжимается сердце. Он, конечно, это заметил — наклонился ближе, пытаясь разглядеть моё лицо в полумраке.
— Я так… боялась этой встречи, — призналась я наконец. — Сама не знаю, почему.
— Ты боишься меня, — сказал он утвердительно. — Это неудивительно.
— Что? Нет, я не боюсь тебя! — поспешно возразила я. — Я… боюсь того, что меня к тебе тянет. Боюсь, что это закончится пепелищем.
— Мне нет смысла тебя обжигать. Ты первая, кто воспринимает меня не как пустоту.
— Пустоту? Почему?
— Я бездушная тварь, — произнёс он равнодушно. — Люди это чувствуют.
— Вовсе ты не тварь, — возразила я. — Но если это продолжится… мы оба пострадаем. Разве это стоит того?
Я посмотрела на него и увидела в его глазах такую глубокую, беспросветную тоску, что мне захотелось коснуться его лица. Лунный свет заострил его черты, ветер растрепал волосы, и в этот миг Ноа казался одновременно несокрушимым и бесконечно уязвимым.
«Нельзя. Это слишком сложно, слишком неправильно», — билось в голове.
Я уже собралась отстраниться, подняться и уйти обратно в свою «золотую клетку», как вдруг Ноа перехватил моё запястье. Он словно почувствовал моё намерение сбежать прежде, чем я успела пошевелиться.
— Останься со мной, — тихо выдохнул он, и в этих словах было куда больше, чем простая просьба.
— В смысле? — растерянно переспросила я, хотя прекрасно понимала, что он имеет в виду.
— Не уходи сейчас.
Я поджала губы, чувствуя, как внутри всё стягивается в тугой узел, и неуверенно кивнула, опуская взгляд на наши руки. Он мягко перехватил мою ладонь, переплёл пальцы, словно боялся, что если отпустит — я исчезну.
— Почему… почему я? — сорвалось с моих губ почти шёпотом. Мне было страшно услышать дежурный комплимент, фальшивый и пустой.
— Не знаю, — признался он после долгой паузы. — Когда ты рядом, жизнь будто другая.
— Другая?
— Ярче, — он кивнул и накрыл мою руку своей, медленно погладив тыльную сторону ладони. От этого простого жеста по телу разлилась томительная дрожь.
Мы долго сидели в тишине, заворожённые мерным рокотом прибоя. В этот момент мысли, которые ещё час назад казались неподъемными, вдруг стали лёгкими. Пока Ноа был рядом, будущее не казалось таким пугающим.