– Нет, это очень даже мое дело. – Его серо-стальные глаза неумолимо сверкают. – После исключительного успеха на Дальних островах я занялся Везучими. А Мира Боскавен доставляет мне немало хлопот.
– Ты хочешь убрать ее с дороги, чтобы подчинить себе острова, превратить их обитателей в жалких рабов и…
– Ты так и не поняла, да? – мягко перебивает он, качая головой. – И все еще, спустя столько времени, не видишь правды.
Бриэлль стискивает зубы.
– Я вижу только разбойника.
Капитан подается к ней и режет короткие жесткие фразы:
– Эти острова мои. Не Миры, не Дома Тресильен. Мои. Как глава дозора Везучих островов, назначенный правящим советом, я наведу порядок. Принесу процветание Арнхему. Полагаешь, это правильно – то, что вытворяет каждую зиму крохотное сообщество воров и мародеров? А? – Он выпрямляется, фыркает. – Я сровняю Розвир с землей. От него не останется ничего, мы сотрем это название из всех учебников, со всех карт. Между портами Арнхема и столицей Лицины будет налажена беспрепятственная изобильная торговля, а меня прославят. И предоставят выбор будущих должностей.
– Но остров – часть Арнхема. Об этом ты не подумал? Не подумал о том, что они голодают каждую зиму? О том, что они в отчаянии? Что эти люди нуждаются в помощи, а не в истреблении?
– Подобным типам не поможешь. – Он фыркает, сдерживая смех. – Ох, Бриэлль, порой ты такая забавная. Я и забыл. Как ты любила их на Дальних островах.
Бриэлль вздрагивает и впервые за все время беседы смотрит ему прямо в глаза.
– Где твоя человечность?
Она не может и вспомнить, как могла любить это безжалостное лицо, эти светлые волосы, сияющие, как ей казалось когда-то, подобно солнечным лучам. Там, где она некогда видела страсть, теперь лишь жестокость и шкурный интерес. И если она что и чувствует, то только жгучую ненависть.
– Я соблюдаю закон, – холодно говорит Легган. – Закон, принятый правящим советом, закон, которому все мы должны подчиняться. Знаешь, совет слишком долго позволял всем этим ковенам существовать такими, какие они есть. – Капитан оглядывается по сторонам. – Но магия в любой форме – мерзость, Бриэлль. Она порождает жадность, порождает монстров.
– Это ты – монстр, – начинает охотница, но видит спешащую назад ведьму, жестами зовущую капитана, и поэтому, улыбнувшись, склоняет голову. – Приятно было повидаться, капитан Легган, как всегда.
Легган смотрит на нее.
– Жаль. Нам понадобятся охотники с твоими способностями. Чтобы обезопасить Арнхем, чтобы он процветал. Но ты, Бриэлль, слишком упряма. И слишком чувствительна. Воистину жаль. Такие перспективы пропадают впустую.