Ручейки света питают маленькие стручки, которыми усеяны ветви. Те раскрываются, испуская крохотные блестящие семена, которые уплывают вдаль, подгоняемые легким ночным ветерком. Над нами мерцают созвездия живой магии. Мягко сияющие галактики и туманности сгущаются и растворяются, когда ветер уносит будущие шореи к их новым домам.

– Пора начинать концерт. – Я отрываю взгляд от завораживающего танца звездных семян. Мои друзья смотрят на меня, и я встаю. – Легенда гласит, что есть лишь один надежный способ это проделать. Юная девственница должна осмелиться в одиночестве ступить в лес единорога и спеть ему песнь.

Я хотела добавить единорогов в книги, но поиск информации о них оказался тем еще приключением. Если погуглить, к примеру, «где найти единорога», получишь море знаний о том, как устроить тройничок.

В общем, линию с ними я забросила, – но разрозненные обрывки сведений, которые я встречала, по ходу сюжета просочились в историю Солеры.

– Эм, проблема, – поднимает руку Рекса. – Я не девственна. Никто из нас не.

Ох, неловко вышло. Я знаю все о своих друзьях, но на этом аспекте их жизней никогда не останавливалась подробно. Романтика в моих книгах всегда уходила в затемнение, а все, что оставалось на страницах, строго укладывалось в возрастное ограничение 6+.

– Это никчемный пережиток тупого патриархата, – говорю я, отмахиваясь от ее сомнений и надеясь, что мой румянец примут за отблески костра. – Если человек добродетелен и сердце его чисто, единорог придет на зов.

Рекса фыркает.

– Зря ты в меня так веришь, подруга.

– Добродетель кажется несколько размытым критерием, – добавляет Вален. – Я полагал, мы будем работать с чем-то более конкретным.

– Хотите конкретики – вот она. – Я беру Рексу за руку и тяну вперед. Это первое мягкое прикосновение между нами, но она не возражает. – На нашей стороне единственное существо в Элдрии, способное общаться с животными. Рекса, у тебя потрясающий дар. Ты сильная и смелая, и добродетельная. Я верю в это всем сердцем, ведь я знаю, что на сердце у тебя.

Ее черты – так часто резкие от решимости или гнева – смягчаются.

– Это было так сладко, что у меня чуть зубы не разнылись. Осторожней, а то решу, что ты заигрываешь.

– Я не умею заигрывать, – честно отвечаю я.

– Уверена? – спрашивает она с намеком, поводя бровями, и отпускает мои пальцы. Ее кошачьи глаза горят желтыми огоньками, когда она переводит взгляд между мной и Валеном.

– Совершенно.

Я хочу ясно донести это до нее. Я не забыла нашу маленькую беседу в библиотеке.

– Кайла тоже так говорила. – Рекса хватает меня за руку и тянет за собой, шагая к чернильному сумраку под шореями. – Хочешь, дам совет?