Володя ошеломленно глянул на нее.
— Ты... правда хочешь, чтобы я начал все сначала?
— Да! — уверенно кивнула Соня.
Лицо Володи озарила решимость.
— Хорошо. Тогда мы отстроим все заново. Вместе!
Как раз в эти же дни прибыла партия тканей из Лиона, заказанная еще до пожара. Володя первым делом показал их жене, и Соня отложила для нового бального туалета рулон синего шелка, глубокого оттенка, напоминающего васильковое поле, колышущееся под луной. Затем, пользуясь тактичными советами мужа, сама подобрала фасон, отделку и аксессуары.
В вечер приема Соня вышла из покоев с колотящимся сердцем и, прислушиваясь к далеким отзвукам оркестра и гулу голосов, приблизилась к лестнице. Она остановилась, чувствуя, как волнение сжимает грудь и сделала несколько глубоких вдохов. Внизу в передней Володя вместе с Касей и графиней Петровской принимал гостей. Заметив жену наверху, он поспешил ей навстречу.
Облаченный в безукоризненный черный фрак, он был воплощением элегантности. Светлый жилет и безупречно повязанный шейный платок подчеркивали врожденное благородство, тогда как непослушные темные пряди, падающие на лоб, добавляли толику творческой вольности. Его темный бархатный взгляд встретился с ее, и Соня прочла в нем безграничную любовь, гордость и тихое, совершенное счастье.
— Ты великолепна! — восхищенно произнес он, подавая руку.
Он запечатлел на ее запястье поцелуй, и Соня ощутила, как волнение покидает ее.
Они спустились и подошли к графине Петровской. Бабушка тепло обняла Соню.
— Покажи им всем, где раки зимуют! — напутствовала она.
В сопровождении мужа и бабушки Соня вошла в бальный зал. На мгновение в нем воцарилась тишина. Как по команде, гости обернулись к ней, и десятки глаз устремились на нее – на ее гордую осанку, на сияющее спокойствием лицо, на новый наряд, тут же вызвавший волну восторженного шепота.
Здесь собрались все знатные и важные семейства Киева. Семья Раевских в полном составе пожаловала в сопровождении князя Волконского, снова гостившего у них. Чуть в стороне граф Радзиевский о чем-то спорил со Стрельбицким. Офицеры печерского гарнизона, как всегда при полном параде, сверкая эполетами, заняли целый угол у окна. Среди них Соня заметила и кузину Анастасию с мужем штабс-капитаном Прудневич-Духовским, и тетку Ольгу Михайловну с сыновьями и мужем. Чуть дальше стояли Трощинский с невестой и Густав Олизар, архитектор Меленский и профессор Берлинский. Чета Оболонских вместе с вездесущей баронессой Голишевской и другими городскими сплетницами держались особняком. Друзья Володи – Золотарев и Бессонов отсалютовали бокалами. Ждали только губернатора.