Я сосредоточился на своём понимании воды. И не на её агрессивных формах (потоках, волнах, наводнениях) а на её основе: текучести, адаптивности, очищении, жизненной силе. Я представлял тихое озеро, мелкий ручей, капли дождя на листьях, влагу в почве, а также текучий расплавленный металл в тигле.

Метка легла почти мгновенно, с поразительной легкостью. Аквамарин, очевидно, был крайне ценным для «духов» воды. Он обладал высокой резонансной чистотой и превосходно соответствовал фундаментальным принципам. Когда я проверил результат, усиление составило сразу «+2» к пониманию стихии воды. Я закрыл глаза и сосредоточился: перстень словно стал слегка влажным на ощупь (не физически, а в где-то далеко, в глубоко за завесой материального мира), от него будто веяло свежестью и прохладой.

Ветер — вторая составная огня.

Для ветра я взял сапфир — небольшой, глубоко-синий камень с лёгким фиолетовым отсветом в глубине. Сапфиры тут были традиционно связаны с воздухом, свободой и высотой. Я оправил его в перстень, похожий на водный, но с чуть более ажурной оправой, словно пытаясь передать ощущение лёгкости и движения.

Когда я начал зачарование, сосредоточившись на стихии ветра (на движении, свободе, невидимости, на способности обходить препятствия и наполнять пространство) процесс оказался сложнее. Метка не просто легла; она встретила сопротивление, словно пытаясь выскользнуть из пальцев и улететь прочь, на свободу. В момент её нанесения я почувствовал странный, внутренний «хруст», словно структура камня или самого серебра пыталась противостоять, не желая принимать эту форму усиления. Было ощущение, будто сапфир, как камень ветра, имел собственные, высокие требования или «упрямую» внутреннюю структуру, не желающую просто подчиняться, а быть может просто не был идеальным вариантом, как предыдущая пара: стихия + камень. Я усилил концентрацию, буквально «продавил» сопротивление своей волей и доминирующим потоком маны из аккумулятора. И метка, в конце концов, сдалась и закрепилась.

Результат — «+2» к пониманию стихии ветра. На сей раз перстень будто потерял в весе. Не физически, но чисто в ощущениях: когда я держал его в руке, он казался легче, чем должен быть. От него веяло лёгким, почти неуловимым чистым и свежим потоком воздуха.

Для уравновешивания стихий и для достижения того же уровня, что у воды или ветра, мне потребовалось сделать ещё одно кольцо земли. Я взял вторую яшму (похожий, но чуть более зеленоватый камень) и изготовил второй перстень камня и тверди, зачаровал его также на «+1». Таким образом, суммарно я получал «+2» (без учёта погрешностей) к пониманию стихии земли, но распределённое через два артефакта. Не идеально, но должно работать.