На ней полностью белый костюм, а из-под поварского колпака выбиваются кудрявые рыжие волосы. Ник поправляет серые фетровые крысиные ушки на голове.

Она — Альфредо Лингвини.

Он — крысёнок Реми.

Он обожает ходить с ней за сладостями на Хэллоуин. С тех пор как ей исполнилось пять, они не пропустили ни одного года. Возможно, всему виной предвкушение горы конфет, но сегодня Одри особенно счастлива. Весь вечер они оценивают, какие сладости раздают в каждом доме, восхищаются костюмами других детей и фотографируются с соседями.

Вернувшись домой, Одри с педантичной серьёзностью принимается сортировать свою добычу, пока Лекси заканчивает работу за кухонным столом.

У себя в гостевом доме Ник смывает усы и переодевается. Ему очень понравилось быть в парном костюме с Одри, да и, если честно, он не считает себя таким уж тщеславным человеком.

Но всё же не уверен, что хочет, чтобы Рамона увидела его в костюме крысы.

— Опять уходишь? — спрашивает Лекси, зевая, когда Ник возвращается в главный дом и достаёт ключи от машины.

Он смущённо проводит рукой по затылку.

— Э-э… да. Вообще-то иду на вечеринку.

— Правда? К кому?

— Кое к кому из университета.

Формально он не соврал, но от этих слов всё равно становится не по себе.

Потому что что он должен был сказать? Что едет на вечеринку со знаменитостями вместе с бывшей поп-звездой?

Лекси бы смеялась до самого его возвращения.

— Только помни, — говорит она вдруг с нарочито серьёзным видом, — Если остальные дети будут пить, это ещё не значит, что и тебе обязательно надо.

Ник закатывает глаза, не скрывая улыбки.

Вот она — братско-сестринская любовь.

Когда он подъезжает к довольно скромному по размерам, но безупречно отремонтированному дому в Калвер-Сити, до него доходит, что персональные тренеры знаменитостей, похоже, зарабатывают очень даже неплохо.

Он бросает в рот мятную конфету, пишет Рамоне, что уже припарковался, и направляется к дому.

Он никак не ожидает, что дверь откроет именно она. И уж тем более не ожидает увидеть её в костюме школьницы.

Голубая рубашка на пуговицах с маленьким галстуком, тёмно-синий жилет, клетчатая юбка — почти такая же короткая, как та, в которой она пришла в школу в тот день, о котором они не говорят, — гольфы до колена и даже двухцветные туфли. Волосы разделены прямым пробором и мягкими тёмными волнами спадают на плечи.

Чёрт.

Это будет очень долгий вечер.

— Привет, — говорит она немного смущённо.

— Привет.

Его взгляд невольно скользит по её костюму.

Не пялься. Не пялься.

— И кого же ты изображаешь?

— Рори Гилмор, во времена Чилтона.