Ленивых воскресений. Совместных поздних завтраков. Баскетбольных матчей с самых плохих мест на арене.

— Может, мне нужны просто лёгкие отношения. Кто-то, кто не будет анализировать каждое моё действие. Может… — голос предательски дрожит, — …может, я хочу, чтобы ты просто трахал меня так, будто это ничего не значит.

— Не думаю, что это правда, милая.

Он притягивает её к себе и целует влажные веки. Рамона даже не заметила, что плачет.

— Для меня это никогда ничего не значило. Даже в самый первый раз.

Он касается губами кончика её носа.

— Мне кажется, ты хочешь, чтобы тебя обожали. Чтобы тебя берегли. — он целует её в обе щеки. — Думаю, тебе нужен человек, который бросит всё, потому что ты заболела. Кто будет тебя поддразнивать… и позволит тебе дразнить его в ответ. А потом… тебе хочется, чтобы тебя любил тот, кто занимается с тобой любовью. Кто никуда не торопится. Кто не отпустит тебя, пока ты не начнёшь выкрикивать его имя.

Его голос становится ниже, и по её позвоночнику пробегает дрожь.

— Я хочу быть для тебя именно таким. Отчаянно хочу. Если только ты мне позволишь.

Картина, которую он только что нарисовал, противоречит всем её инстинктам. Всему её стремлению защищаться. Держать всё под контролем.

Каким-то образом он сумел увидеть её насквозь именно тогда, когда ей больше всего хотелось, чтобы весь мир перестал на неё смотреть.

— Я просто боялась, — наконец признаётся она, закрывая глаза, пока его большой палец нежно гладит её скулу.

Она дышит сбивчиво, но рядом — его запах. Тот самый, успокаивающий.

Скрытый под слоями шарфа и пальто.

Неужели она действительно была готова отказаться от всего этого? Слава богу, что он оказался готов бороться.

— Просто… всего через несколько месяцев после того, как я сама перевернула свою жизнь вверх дном, появился ты… и вдруг всё обрело смысл. Рядом с тобой мне никогда не приходится играть никакую роль. И это самое большое облегчение, какое только можно представить. Рядом с тобой я чувствую себя цельной. Именно такой, какая я есть.

— Потому что такой ты и есть, — хрипло отвечает он.

Она проводит ладонями вверх по его пальто, прячет их под шарфом, у самой шеи.

Кончиком пальца касается серьги.

Он заслуживает каждой романтической мысли, которая когда-либо приходила ей в голову. И даже большего.

— Мне нравишься ты, когда честен со мной. Когда подшучиваешь надо мной. Мне нравится этот сноб, помешанный на виниле. Суперфанат «Клипперс». Фанат викторин — ты даже не представляешь, как сильно я хочу однажды увидеть матч твоей команды. Мне нравится, как ты подкупаешь мою кошку. Мне нравится смотреть на тебя в аудитории, когда ты носишься перед студентами и заставляешь всех влюбляться в психологию. Мне нравится наблюдать, как ты проверяешь работы с этим невероятно милым сосредоточенным выражением лица. Мне нравишься ты в постели… у стены… на письменном столе… да вообще где угодно, где только пожелаешь.