Несколько раз в жизни я видела этот его взгляд. Я его прекрасно помню — такое невозможно забыть.
Это как смотреть, как на тебя с горы катит лавина. Ты знаешь, что она ледяная, но тебя бросает в колючий жар. Знаешь, что там не будет возможности дышать, но не можешь набрать побольше воздуха, потому что столбенеешь. Ты понимаешь, что от этой стихии не убежать и тебя размазывает ощущением фатальной беспомощности.
Это фатально, да. Он опять сейчас "нас" убьет!
Мой подбородок начинает дрожать. "Не надо!" — беззвучно шевелятся губы, когда подрываюсь Жарову наперерез.
Но не успеваю.
Он уже налетает на Егора, с наскока ударяя его в нос. Раздается противный надломленный хруст, стон, вода взбивается под их ногами и шумит. Хватаю Андрея за рубашку, вырывая пуговицы.
— Съеби! — орет на меня, больно отталкивая локтем.
Егор валится в воду как подкошенный, пытаясь закрыть голову от посыпавшихся градом ударов и даже как-то ответить, но выходит бессмысленно и жалко. Он просто не ожидал, что в исполнении Андрея драка выглядит настолько жестоко и слишком пьян, чтобы хоть как-то отбиться.
Я отмираю, визжу уже в голос, снова пытаясь их разнять, но они так сцепились, что даже толком не подойти.
— Андрей, не надо! Пожалуйста! Нет! Стой!Андрей! Ты слышишь?! Пожалуйста! Андре-ей! — все- таки хватаю его за ворот рубашки и с силой тяну, захлебываясь рыданиями.
Кажется, к нам бегут люди, но нет времени посмотреть, потому что Жаров, схватив Егора за голову, топит его в воде. Вода булькает как адов котел, Егор судорожно сучит руками и ногами, уже совсем не попадая по противнику. Волны черные и пенистые — за ними я не вижу лица Егора, лишь белесое пятно вместо его черт, но для меня и это пятно полно ужаса.
— Андрей! Я не прощу тебя! Тынас топишь! Ты слышишь?! Посмотри, это мы! Ты сейчаснас ...! — рыдаю я, дергая его ворот на себя, в попытке оттащить.
Но он не слышит... Не слышит!
— Милый, любимый, пожалуйста, родной мой, — сбивчиво чащу, дрожа в истерике. Отпускаю воротник рубашки и приподаю к Андрею сзади, крепко обнимая за шею и вжимаясь в его насквозь мокрую спину. Судорожно глажу, целую холодный затылок, наплевав, как дико это все наверно выглядит со стороны, — Андрюш, пожалуйста, хватит…
И вдруг чувствую, как его плечи дергаются и каменеют. Он словно со скрипом внутри тормозит. Напряженный до предела. Чуть отпускает хватку, Егор тут же резко выныривает как поплавок и сразу истошно закашливается. Пытается отползти, но Андрей его удерживает, не давая. Целую своего Жарова в ухо, еле дотянувшись, и продолжаю запальчиво нашептывать.