Жаль себя прошлую. Жаль свою первую искалеченную любовь. Жаль, что все так произошло. И жутко жаль, что до сих пор на меня так действует один вид этого человека.
Я могу его ненавидеть, презирать, бояться, все что угодно могу. Но быть к нему равнодушной у меня никогда не получалось. И, оказывается, это не изменилось до сих пор.
Пусть он просто побыстрее уедет, а? Господи, ни о чем больше не прошу...
Когда прихожу в нашу с Егором спальню, застаю мужа уже под одеялом. Верхний свет выключен, горит только настольная лампа с его стороны кровати. В руках Егора книга — он любит бумажные, в основном фантастику, на носу очки для чтения. Муж чуть спускает их по носу, устремляя на меня взгляд поверх тонкой оправы.
— Ты какая-то притихшая, — констатирует, — Точно все в порядке?
— Да, просто голова разболелась, — избегая встречаться с ним глазами, хожу по комнате, готовясь ко сну.
Мажу кремом руки, раскрываю шкаф, скидываю халат и надеваю тонкую пижаму, стоя спиной к мужу. Чувствую его взгляд на своей обнаженной коже, пока переодеваюсь. Он не горячий, нет. Но хозяйский, покалывающий. От него низ живота тревожно напрягается и тянет тяжестью между ног.
Я покусываю губу, хмурясь. Не уверена, что хочу сейчас секса. Точнее уверена, что нет. Но причина, по которой я не хочу, дико выводит меня из себя!
Я не позволю чему-то влиять на мою супружескую жизнь. Иликому-то ...!
Судорожно выдохнув, поворачиваюсь к мужу и ласково улыбаюсь. Заставляю себя сделать это.
— Иди сюда, зай,— Егор возвращает мне улыбку, снимая очки и откладывая книгу.
Помедлив всего секунду, подчиняюсь. Прежде чем лечь, выключаю настольную лампу, погружая спальню в плотную темноту. Глаза привыкают ко мраку не сразу, и сначала меня наощупь встречают мужские руки. Обнимают, укладывают на грудь. Егор в футболке — утыкаюсь в нее носом, вдыхая запах кондиционера для белья и его тела. Он у него ненавязчивый, какой-то съедобный, как хмель или свежий хлеб. Уютный.
Прикрываю глаза, чувствуя, как пальцы мужа гладят мой позвоночник сквозь тонкую ткань шелковой пижамы. Это приятно. Тело лениво реагирует и одновременно напрягается от возможного продолжения. Но я внутренне шикаю на него. Егор мой муж! Я не буду сегодня отказывать ему, если он захочет.
Только не сегодня...!
— Насколько он приехал? — тихо спрашивает Егор куда-то мне в макушку.
— Не знаю. Не сказал...— бормочу.
— Хочешь обсудить?
— Нет.
Егору этого достаточно. Вместо дальнейших расспросов он берет меня за подбородок, заставляя приподнять голову, и целует в губы. Мягко и мокро, проникая в рот. И это уже не намек.