— Болит?
— Немного.
— Сильнее, чем вчера?
— Не.
— Дай я посмотрю все же.
У нее теплые руки и сильные пальцы. Давит больно. Надо терпеть.
— Дэм, не терпи, — злится рыжая. — Говори, когда болит. Здесь?
— Везде, — выдыхаю я. — Все болит. Дай мне таблетку и пойду я.
28.
— Нет.
Я говорю это сразу. На альфу не смотрю, но это не значит, что я покорно выполнюлюбой приказ.
— Нет, мистер Сайлас.
В кабинете зависает тишина.
Сайлас разглядывает меня, я чувствую, как его взгляд прожигает меня.
На столе лежат ампулы и шприцы. И еще несколько пробирок. Маркировка красным, вместо данных — номера.
Я знаю, что это.
И знаю, зачем мне это принесли.
— Ты даже не спросила, что нужно сделать.
— Я уже видела их документы.
Сайлас усмехается.
— Умная девочка.
Я наконец поднимаю глаза.
— Это не лечение.
— Нет.
— Тогда…
Как мне трудно сказать “нет”. Но то, что он предлагает — это… это уже не медицина.
Он некоторое время просто смотрит на меня, спокойно. Без злости. И без недоумения.
Я знаю, ему достаточно одного слова, чтобы вынудить меня… но, может быть, есть шанс набраться смелости и сказать “нет”? И например, отговориться собственно некомпетентностью?
— Хорошо, — миролюбиво заявляет шеф.
Вот так просто?
Я жду.
— Можешь не делать, — продолжает он, вертя в руках ручка. Встает из кресла и подходит к двери. Уходит?
Он открывает дверь и оборачивается:
— Правда, Фло. Можешь отказаться.
Я смотрю на него во все глаза.
— С тобой ничего не случится, я очень тебя ценю, Фло. Мое дело предложить. Ты можешь отказаться. И не вини себя.
Он собирается сделать шаг за дверь, но словно намеренно тянет с этим.
— Я… я не смогу, мистер Сайлас…
Мне не нравится его последняя фраза. Не винить… за что? За его…
— Ничего, девочка. Я же сказал: пока я предлагаю, ты можешь выбирать. Хотя, помнится, контракт мы заключали, и в нем прописано твое согласие на выполнениевсех распоряжений. Так что выбор всегда за тобой.
Пауза.
— Чего не скажешь о твоем волчонке…
Я не отвечаю и опускаю голову.
Дэм.
Сайлас улыбается. Он все правильно понял.
— Вот и договорились. Ты ничего плохого не делаешь, Фло. Это всего лишь эксперимент. Будем понимать, как этот препарат действует на оборотней, есть ли реально различия в действии на разные виды… все, Фло.
— Почему нельзя дождаться официальных испытаний? — спрашиваю я.
— Потому что результаты крыс меня не интересуют. Через десять лет мне это не нужно, нужно сейчас.
Он выходит.
Я остаюсь одна. Рядом стол. На столе — ампулы и пробирки, сопроводительные документы.
Он все правильно объяснил. Я все правильно поняла. Ты свободна, Флора, твой выбор у тебя никто не заберет, Флора. Только потом — последствия. Ты знала. Договор заключала. Думала, обойдется… само…